Sonny
дон маслорио
- Сообщения
- 232
- Реакции
- 1.335
- Баллы
- 93
Пролог: Звонок
Холодный и снежный зимний вечер на шоссе близ Форт Ли, Нью-Джерси, 19 декабря 2003 года. Трубку таксофона у придорожного кафе снял невысокий мужчина. Через несколько секунд будет совершен звонок, который навсегда изменит историю мафии Нью-Йорка.
“У меня входящий звонок для агента Линдблума,” сказал оператор. “Вы примите этот звонок?” Он принял звонок, пытаясь собраться с мыслями после прерванного сна. Джон Линдблум был старшим агентом в специальном отряде, который расследовал рэкет и вымогательство в сфере профсоюзов. Обычно такие звонки поступали из бюро, если нужно было внести какие-то поправки в поданные отчеты и Линдблум хотел побыстрее разобраться с этим. Впереди его ждали праздники, выходные. Он и представить не мог, что все эти планы придется отменить.
“Агент Линдблум? Это Сэл Касертано. Полагаю, вы знаете меня,” сказал мужчина с характерным Бруклинским акцентом. Агент Линдблум сначала подумал, что это какая-то шутка. Коллеги знали с каким упорством, а иногда и отчаянием, он охотился на мафиози и вполне могли разыграть его. Но это был не розыгрыш.
“Да, думаю, что знаю,” наконец собравшись, ответил Линдблум. “Чем я могу помочь, Сэл?”
“Мне говорили, что я могу к вам обратиться,” сказал Сэл. Его голос звучал напряженно, а реплики были короткими. “Моей жизни угрожает опасность и у меня есть два варианта, как решить эту проблему,” добавил Сэл после секунд неловкого молчания.
Подозрения Линдблума касаемо розыгрыша рассеивались с каждой секундой разговора.
“Кто угрожает вашей жизни и про какие варианты вы говорите?” спросил Линдблум.
“Мои же люди предали меня и хотят меня убить,” темперамент Сэла брал верх и фразы становились длиннее и громче. “И самый очевидный вариант, как решить эту проблему - это забрать с моего склада Калашников и нагрянуть в клуб на Салливан Стрит!”
Агент Линдблум хорошо понимал, что это бравада, характерная многим итало-американским гангстерам. Он хорошо знал их психологию, знал как многие из них подражали старым киношным архетипам. Линдблум и сам любил старые фильмы с Джеймсом Кэгни и Эдвардом Робинсоном.
“Я рад, что это не единственный вариант, Сэл,” спокойно ответил Линдблум, “Иначе этого разговора и не было бы. Где вы сейчас?”
“Я скажу, если вы гарантируете, что за мной приедете лично вы, а не копы, этим грязным псам верить нельзя, знаете сколько копов я в этой жизни подкупил?” тирада про злодеяния полиции длилась несколько минут, но агент всё же сумел вернуть разговор в нужное русло.
“Даю слово, что полиция не будет вовлечена. Просто скажите где вы и я приеду, с напарником,” заверил Линдблум паникующего гангстера.
“Я возле дайнера на Девятом Шоссе, где-то… где-то между Энглвуд Клиффс и Форт Ли,” неуверенно ответил Сэл.
“Выпейте кофе, согрейтесь и успокойтесь. Через два часа я буду там,” сказал Линдблум и положил трубку, принявшись собираться и звонить коллеге из своего отдела. Ему предстояла двухчасовая поездка из Коннектикута в Нью-Джерси.
Позже в тот вечер Сальваторе “Маленький Сэл” Касертано стал первым в истории высокопоставленным членом преступной семьи Дженерозо, который стал правительственным свидетелем.
Отрывок из главы: Вестсайд
Сэл Касертано родился 17 июня 1934 года, в районе Гринвич Виллидж, на Манхэттене. Еще с начала ХХ века этот район был обителью неаполитанских иммигрантов. В таких районах не жаловали полицию, а при появлении офицеров даже те, кто говорил на ломаном английском внезапно забывали этот язык. Реальной властью здесь были люди из достопочтенного сообщества, которые звали себя каммористи. Это были люди про которых с восхищением рассказывал Сэлу его отец - Гаэтано. Гаэтано Касертано был сыном члена каморры из пригородов Неаполя, который переехал со своей семьей в Нью-Йорк, поселившись в Нижнем Вест Сайде на Манхэттене. Он был дальним родственником известного каммористы - Винчензо Дженерозо, будущего босса крупнейшей мафиозной семьи в Нью-Йорке. Пока каморра с Нэви Стрит в Бруклине воевала с сицилийской мафией, Дженерозо вёл с сицилийцами прибыльные операции по подделке валюты, а во время сухого закона он благодаря своим связям с мафией стал ключевым бутлегером страны. Он также стал одним из первых материковых итальянцев, кого приняли в мафию, проложив туда дорогу для других выходцев “с сапога”. Винченцо Дженерозо, он же “Дон Чензино”, был настоящим королем района. Он оперировал из своего социального клуба Рыцари Колумба, по адресу 206 Салливан Стрит в Гринвич Виллидж. Будучи ребенком, Маленький Сэл Касертано регулярно посещал этот клуб, в компании своего отца и деда. Он наблюдал, как местные мафиози играют в карты и веселяться, видел как они щеголяют в своих костюмах, сшитых на заказ, как разбрасываются деньгами. Маленький Сэл хотел быть таким как эти люди. Но больше всего ему запомнился сам Дженерозо. Перед праздниками Дженерозо принимал у себя местных малоимущих жителей, помогая им деньгами или продуктами. Иногда Сэл и его отец выдавали жителям района индейки перед Днем Благодарения по поручению Дженерозо. Для Сэла “Дон Чензино” был настоящим героем - на голову выше, чем Робин Гуд и намного влиятельнее, чем президент США.
Но правда заключалась в том, что Дженерозо был “королем” только в своем районе. Не смотря на всё, своё влияние ему приходилось считаться с одними боссами и служить другим. Это правда жизни, которую Сэл Касертано узнает еще не скоро, уже будучи принятым в мафию. Винченцо Дженерозо играл ключевую роль в связях между каморрой и мафией в начале 20 века и позже лоббировал принятие своих земляков в мафию.
Отрывок из главы: Пятая семья
Фото: Джузеппе Маринео и Илларио Лауро
Изначально Нью-Йорке было четыре боргаты. До 1910 года самым влиятельным мафиози в Нью-Йорке был Джузеппе “Однорукий Джо” Маринео, который вместе со своими сводными братьями Терразини возглавлял одну из самых крупных боргат в Нью-Йорке с базой в Восточном Гарлеме. Как и многие другие члены этой боргаты, братья Маринео-Терразини были выходцами из коммуны Корлеоне на Сицилии. Маринео основывал свою власть на родственных связях и умел заключать альянсы. Его сестра вышла замуж за босса не менее крупной боргаты, Илларио Лауро по прозвищу Лис. Маринео добился статуса босса боссов, председателя национальной генеральной ассамблеи мафии. Он решал споры на национальном уровне и был главной связной фигурой в международной операции по подделке американской валюты, в которой участвовали многие семьи мафии, по обе стороны Атлантики. Но в 1910 году всё закончилось, Секретная Служба ликвидировала международную операцию по подделке валюты, а ключевые лица этой операции были арестованы. Маринео, Лауро и многие их сторонники получили длительные сроки, что создало предпосылки к началу крупной войны внутри мафии. Победителем из этой войны вышел Сальваторе Аквилино, новый босс семьи, которую раньше возглавлял Лауро. Аквилино был крайне жестоким и властолюбивым. Он стремился к тому, чтобы другие семьи возглавляли лояльные ему люди, не гнушаясь убивать конкурентов без одобрения генеральной ассамблеи. В результате Аквилино стал председателем ассамблеи, боссом всех боссов. Все конкуренты были убиты, либо же сидели в тюрьме. Затишье длилось всего несколько лет.
В 1920 году Маринео, Лауро и их сторонники вышли из тюрьмы, а через короткий промежуток времени был убит Фабио Ламаттина - бывший сторонник Маринео, перешедший на сторону Аквилино, который в награду протянул его на место босса в бывшей семье Маринео. Аквилино изгнал заговорщиков из мафии и приказал их убить, что вынудило их искать защиты на Сицилии.
После вмешательства Сицилийских семей, конфликт был урегулирован. Заговорщиков восстановили и даже позволили создать им новую боргату, но большая часть Корлеонези из Восточного Гарлема перешли под управление босса Гаэтано Раннелли.
Новосозданная, пятая боргата была крайне малой, а новым боссом был выбран молодой Джузеппе Мессина. На тот момент Мессина уже активно сотрудничал с некоторыми каммористи, в том числе и с Винченцо Дженерозо. И именно за счет материковых итальянцев Мессина увеличил численность своей семьи. Дженерозо был принят в семью Мессина где-то в 1922 году и был повышен до капитана, а с ним в семью были приняты его люди, которые стали костяком дечины в Гринвич Виллидж: семейство Касертано, Тони “Брикс” Стилано, Луис Эскалера и многие другие неаполитанцы, выходцы из Кампаньи проживавшие в Гринвич Виллидж. Дечина Дженерозо была основной ударной силой новосозданной семьи. Винченцо Дженерозо был хорошо знаком с другим капо из Маленькой Италии - Чарльз “Красавчик Чарли” Ломбардино, они вели совместные операции. Они примут участие в войне 1928-1931 годов. Сначала будет устранен Аквилино, а Мессина займет место босса всех боссов. Позже, во время войны с боргатой Савернио Манзанеро, Мессина утратит доверие к Дженерозо, Ломбардино и их сторонником и они будут приговорены к смерти. Джузеппе Мессина был убит в ресторане на Кони-Айленде, предположительно людьми Дженерозо. Несколькими месяцами позже будет убит и Манзанеро, в своем офисе на Манхэттене. Чарли Ломбардино будет избран боссом бывшей боргаты Мессина, а Фрэнк Кастильяро - консильере. Дженерозо займет позицию андербосса, хотя и будет вынужден сбежать в Италию в 1937 году, скрываясь от правосудия.
Отрывок из главы: В порту
На фото: Винченцо Дженерозо дает показания перед комитетом Кефовера
В разгар Второй Мировой войны Нью-Йоркские доки стали хабом для ремонта и постройки судов и для отправки людей и техники в Европу. Учитывая стратегическое значение этих доков и верфей, они не могли не стать целями потенциальных диверсий и саботажа.
В те времена в портах и на верфях работали, в основном иммигранты в том числе много итальянцев и выходцев из центральной и восточной Европы. Но реальная власть в доках была в руках мафии. Гаэтано “Ларри” Касертано был одним из людей семьи Ломбардино в доках Манхэттена, возглавляя 83 ячейку профсоюза International Longshoremen Association. Как рассказывал Касертано своему сыну Сэлу, в феврале 1942 года с ним связались люди из Разведывательного Управления ВМС США. Они сразу дали понять Ларри, что они знают кто он и чем занимается. Им нужна была информация о подозрительной активности на верфях. Отец Сэла был вежлив, хотя и не обронил ни слова, а в конце разговора капитан Нортон оставил свою визитку. Касертано старший пошел с этим к своему капо, Тони Стилано, а тот - решил донести это до Кастильяро. Мафиози увидели в этом возможность. Через несколько дней была созвана сходка в ресторане Белла Нотте на Малберри Стрит, на которой присутствовали: Кастильяро, Стилано и Касертано от семьи Ломбардино, андербосс семьи Мальяно и главный человек в Бруклинских доках - Альберт Аскенциа и Томас ДиПалермо - влиятельный солдат из семьи Пуглиси и их главный человек в портовых профсоюзах. Они договорились вести переговоры с представителями Разведывательного Управления ВМС США и помогать им в обмен на определенные услуги. Связным назначили Ларри Касертано и с тех пор он регулярно встречался с капитаном Нортоном. Заключенного, на тот момент, Чарльза Ломбардино перевели из тюрьмы строгого режима Даннемора на севере в тюрьму низкого режима Клинтон, недалеко от Нью-Йорка. Срок в 50 лет заменили на 10 лет с последующей депортацией в Италию, это была одна из многих услуг от правительства США для мафии за время войны.
Члены одной и той же семьи помогали и обменивались услугами с правительствами двух абсолютно разных, воюющих между собой стран - люди Ломбардино в США и Дженерозо в Италии. И делали они это не потому, что были одурачены идеологией или патриотизмом. Они преследовали исключительно свои цели, цели Коза Ностры. В 1943 году при вторжении американских войск на Сицилию и на юг Италии сотрудничала с американской разведкой, а позже были ставленниками оккупационной администрации. Дженерозо не был исключением и какое-то время был переводчиком при американской администрации в Неаполе. Он организовал продажу украденных со складов армии США продуктов питания и сигарет. Вскоре его реальная личность была установлена, он был арестован и экстрадирован в Нью-Йорк, так как он до сих пор был подозреваемым в убийстве. Двумя годами позже главный свидетель обвинения скончался при загадочных обстоятельствах, а дело развалилось и Винченцо Дженерозо вышел из здания суда свободным человеком.
Гаэтано Касертано рассказывал эти истории своему молодому сыну, прогуливаясь по набережной доков. Сэл был впечатлен и хотел добиться для себя такой же репутации. Он работал стивидором в порту еще с 17 лет, но уже тогда подворовывал ценный груз, сначала по мелочи. Гаэтано не хотел, чтобы его сын был простым вором и преступником и как-то раз, по воспоминаниям Сэла, провел с ним очень строгую беседу, когда до Гаэтано дошел слух, что его сын пытался сбыть украденный ящик со столовым серебром знакомому скупщику краденного.
Отрывок из главы: Отель
На фото: Пит Кальванезе, Герби Голдштейн, Сэл Касертано
Он не прекратил воровать, но пришел к выводу, что лучше это делать реже, но по-крупному. За пару лет Касертано собрал небольшую команду, в основном это были молодые парни с Адской Кухни и Ист Гарлема, и вместе они проворачивали крупные ограбления. Джимми “Заточка” Фелпс был специалистом по взрывчатке и медвежатником, Пит Кальванезе был опытным электриком и мог вскрывать сейфы и обходить сигнализацию, а Герби Голдштейн подготавливал транспорт и оружие для дел. Они сбывали краденный товар капитану семьи Бонаветти - Толстому Джейку Джордано, который был главным скупщиком краденного в Нижнем Ист Сайде. Уже в 23 года Касертано купил себе новый Кадиллак.
Дела шли хорошо, но как-то раз им предложили нечто, что затмило бы их скромные успехи. Джейк Джордано получил наводку от своих знакомых из другой семьи, что в люксовом отеле Пьер на Манхэттене должна будет пройти крупная встреча торговцев ювелирными изделиями. Обычно такие отели имеют свои ячейки хранения и именно эти ячейки должны быть основной целью. В пятницу вечером 3 марта 1957 года, как раз, когда проходила конференция, человек Джейка Джордано работающий в отеле впустил Пита Кальванезе через запасной выход и провел его в подвал, к электронным щиткам. Сэл Касертано ждал, чтобы подать сигнал в фойе отеля сидящим в машине Фелпсу, Голдштейну и Томми Лумиа, человеку Джордано. Когда свет мигнул в фойе отеля, Касертано провел пальцами через густую шевелюру. Фелпс и Лумио надели маски и с оружием и пустыми чемоданами вломились в фойе отеля, заставив всех лечь лицом в пол, в том числе и Сэла, который отыгрывал свою роль. Сигнализация и телефоны в здании не работали, а банда быстро обнаружила менеджера. Лумиа контролировал толпу, а Фелпс под дулом пистолета отвел его к ячейкам и заставил вскрывать все. Содержимое они просто вываливали в чемоданы. На это ушло чуть больше двух минут. Фелпс выбежал с чемоданами к машине, а за ним последовал Лумиа. Пит Кальванезе уже давно как покинул отель через тот же черный ход, а Касертано использовал суматоху после ограбления, дабы скрыться до прибытия полиции. Они вынесли драгоценностей почти на половину миллиона долларов, а также в одной из ячеек они обнаружили облигации еще на сто тысяч.
Со сбытом ювелирки проблем не было, так как их наводчик Толстый Джейк знал нужных людей, но как организатор ограбления он забрал львиную часть дохода себе. Мафиози редко имели дело с облигациями, так как это было очень рисково, их было легче отследить и сроки были большие. Касертано и его подельникам пришлось искать того, кто помог бы им продать облигации. Фелпс познакомил Касертано со своим знакомым из Адской Кухни - Джорджем Веленкасом по прозвищу Грек. Греком он был по линии отца, а его мать - чистокровная ирландка. Веленкас сказал, что у него есть покупатель по имени Эдди, который хочет посмотреть на облигации и они согласились устроить встречу с Эдди в квартире у Касертано, где он и хранил облигации. Трио забрало Эдди в баре в Адской Кухне и направились они прямиком домой к Сэлу. Эдди удостоверился в реальности ценных бумаг и согласился скупить всё, в два приема. Встречу назначили через два дня в отеле Кингсбридж в Верхнем Вест Сайде.
Сэл и Джимми Заточка сидели на диванчике в фойе отеля. На коленях у Касертано лежал неприметный чемоданчик. Они делали вид, что не знали друг друга, Джимми просто читал газету.
Грек сидел в кресле напротив, так чтобы было видно вход, и высматривал покупателей. В углу фойе, на стене, висел платный телефон и по нему разговаривал мужчина в пальто и шляпе, он несколько раз глянул на неприметное трио, а затем положил трубку и приблизился к ним. В тоже время в отель зашли еще трое мужчин, одетых также. Грек увидел, как один из них достает пистолет. Он схватил Сэла за шкирку, потянул его за собой и вместе с ним рухнул на пол, а буквально через секунду раздались громкие выстрелы.
Джимми бросился бежать в сторону лестницы, но после еще одной серии выстрелов рухнул замертво. Только после этого раздались крики “Полиция Нью-Йорка, не с места!”
Когда на Сэла надели наручники и повели к выходу - ему хорошо запомнился вид дивана насквозь прошитого пулями .45 Калибра. Если бы Грек не среагировал вовремя, то Сальваторе Касертано лежал бы на хирургическом столе с биркой на пальце.
Отрывок из главы: Синг-Синг
Сэл взял всё на себя и получил срок 10 лет. Фелпс был мёртв, Грека оправдали, а остальных подельников Маленький Сэл, естественно, не упоминал. Он всё прокручивал в голове момент, когда на него надели наручники, те пулевые отверстия .45 калибра в диване, именно на том месте, где он сидел секундами ранее. Почему они не попытались арестовать их сразу, а начали стрелять? Возможно они были нечисты на руку и решили просто ограбить их? В те времена это не было чем-то неслыханным, до 80х годов в полиции была системная коррупция. Впереди у Сэла были 10 лет в тюрьме Синг-Синг. Он ассоциировал себя с персонажем Джеймса Кэгни из фильма Каждое Утро Я Умираю, которого по сюжету фильма тоже посадили в Синг-Синг. Но реальность была еще более жестокой. Кинолента не может передать запах, пронзающий до костей холод и крыс, забравшихся в казан с похлебкой. Первые несколько месяцев дались особо тяжело, отец помогал как мог, но у него не было возможности часто навещать сына.. Это был 1957 год, мафию поджидали еще одни потрясения. Винченцо Дженерозо решил сделать свой ход против Фрэнка Кастильяро. Кастильяро многие годы просто пускал дела семьи на самотек и имел репутацию жадного босса. Он не решал проблемы своих солдат, если для него не было в этом личной выгоды. Также он не допускал назначения андербосса и выбора консильере. Кастильяро предпочитал светские тусовки вместо гангстерских сходок, компанию бизнесменов, кинозвезд и политиков вместо уличных парней. У Дженерозо была абсолютно противоположная репутация, он был уважаем среди солдат и капитанов и к нему всегда обращались за помощью.
27 мая 1957 года Фрэнк Кастильяро вышел из лифта в фойе многоквартирного дома в Бруклине. Из тени раздался голос. “Это тебе, Фрэнк”, сказал тучный мужчина и сделал несколько выстрелов из револьвера .38 калибра, как раз когда Кастильяро повернул голову. Фрэнк Кастильяро упал и потерял сознание, а женщина находившаяся в фойе начала громко кричать. Тучный мужчина кинул револьвер, выбежал на улицу и запрыгнул в бордовый Бьюик, который быстро увез его с места преступления. Тучным мужчиной оказался Винсент “Чин” Джаттино, друг детства Сэла Касертано. Он был бывшим боксером-тяжеловесом. Но будучи парнем из Гринвич Виллидж он всегда стремился быть таким как Дон Чензино, Брикс Стилано, братья Эскалера и отец Сэла. Томас “Тим Мёрфи” Эскалера был промоутером и менеджером многих боксеров и дал старт карьере Джаттино, но все же Чин предпочел работать с Тимом Мёрфи в другой сфере. Вскоре Джаттино сам окажется в Синг-Синге, за дачу ложных показаний перед Большим Жюри и неуважение к суду. Именно тогда Сэл Касертано впервые за долгое время увидит знакомое лицо среди серой массы заключенных. До заключения Джаттино успели принять в семью, несмотря на то, что Кастильяро остался жив.
Как оказалось, первая пуля разнесла вазу на полке на ресепшене, а вторая лишь по касательной зацепила скальп Кастильяро. Но основная цель этого покушения была выполнена - сместить босса с должности. Фрэнк Кастильяро четко понял отправленное ему сообщение и уступил власть Винченцо Дженерозо. Его имя эта боргата носит по сей день. Джаттино делился этими историями со старым другом детства. Он был на несколько лет старше Касертано и взял его под свое крыло, а позже перевел в блок С - там сидели мафиози со всей страны. Они имели связи начальником тюрьмы и подкупали охрану. Качество жизни в этом блоке было на порядок выше. Там была своя маленькая кухня, а охранники за деньги приносили мафиози нужные продукты - от лобстеров и креветок до стейков. Там Джаттино познакомил Касертано с Бутчем Локуро, который был влиятельным членом дечины из Восточного Гарлема. В будущем Локуро станет спонсором Касертано в мафию. Касертано также познакомился с многими другими членами семей мафии Нью-Йорка и заработает хорошую репутацию. За время пока Касертано сидел в тюрьме произошли драматические события, потрясшие мафию - после смещения Кастильяро с должности, был убит его ближайший союзник и босс другой семьи - Альберт Аскенция. Альберт был известен как "Лорд Верховный Палач", а его жизнь закончилась на полу парикмахерской в отеле Парк
Шератон на Манхэттене. Его место занял Калоджеро Джентиле. Это случилось аккурат перед запланированной встречей генеральной ассамблеи мафии. Дженерозо хотел провести эту встречу в Чикаго, так как в Чикагской Агломерации у местного босса все правоохранительные органы были на зарплате и место было безопасным. Но некоторые другие боссы, особенно Томас Боневетти и его кузен, босс семьи Буффало, настаивали на проведении встречи на ферме у их родственника, в глуши, в городке Апалачин. Эту сходку накроют местные шерифы вместе с агентами ФБР, это станет первым публичным доказательством того, что мафия существует и имеет национальные органы управления. В 1959 году Винченцо Дженерозо получит 15 лет за торговлю наркотиками, а семью временно возглавит Тони Брикс Стилано. Через три года Тони Брикс бесследно исчезнет после попытки захватить власть в семье. Его верный солдат, Джон Витрано, начнет публично давать показания против мафии, опасаясь за свою жизнь.
Отрывок из главы: Плезант Авеню
Отец Сэла умер, когда тот отсидел чуть больше половины своего срока. Это оставило отпечаток, как и все десять лет, проведенные в Синг-Синге. Но также время в тюрьме и менторство опытных мафиози многому научило молодого гангстера. Касертано сделал себе репутацию и обзавелся новыми связями. Бутч Локуро после своего освобождения стал каподечиной команды со 116 улицы в Гарлеме и дождавшись выхода своего протеже из тюрьмы подтянул его к себе. Команду Гринвич Виллидж возглавил Винсент Джаттино, он сумел добится пересмотра своего дела, так как врачи признали его невменяемым. Игру в умалишенного он будет использовать для введения правоохранительных органов в заблуждение еще долгие годы. У Сальваторе Касертано теперь были друзья в высоких местах и он мог бы рассчитывать на членство в мафии, если бы не одно но.
После фиаско в Апалачине было принято решение “закрыть книги”, то есть остановить прием новых членов. И этот запрет будет в силе вплоть до 1976 года. Сэл поселился на Плезант Авеню в Восточном Гарлеме, в доме принадлежащем его новому ментору. Бутч Локуро закрепил Касертано за Пэтси Каччиаторе. Он был крупным наркодилером и представлял интересы семьи Дженерозо в схеме поставок героина с Корсики, известной как Французский Канал. Маленький Сэл стал основным человеком Каччиаторе на улицах, доставляя товар и забирая деньги у пуэрториканских и афро американских дилеров среднего звена. Мафия держала монополию на героин, а Восточный Гарлем был не только вотчиной Коза Ностры, но также и хабом наркоторговли высокого уровня. Под руководством Пэтси, Сэл занимался этим многие годы и заработал себе приличное состояние. Он открыл свою пиццерию в Нижнем Ист Сайде, а также купил прачечную в Нью-Джерси для отмывания денег. Но в 1972 году Французский Канал прикрыли УБН в совместной операции с полицией Нью-Йорка и французскими коллегами. Какое-то время Каччиаторе и Касертано скупали героин у продажных детективов прямо из хранилища улик на Манхэттене. Но и этот источник иссяк.
Старый друг и подельник Сэла - Пит Кальванезе был знаком с Панамским наркодилером Роландо Ривасом, который получал кокаин от производителей в Боливии. Ривас был активом ЦРУ и помогал им финансировать их черные операции по всему миру, но это вскроется лишь в 80ые во время скандала Иран-Контрас. Пока другие думали, где обзавестись героином, Каччиаторе, Касертано и Кальванезе переключились совершенно на другой товар и заработали на нем неплохие деньги.
Их планы нарушил новый конфликт в семье. После смерти Винченцо Дженерозо в 1969 году в семье так и не было избрано официального босса. По предварительной договоренности Джерардо Карини должны были избрать боссом. Он долгое время был консильере у Дженерозо, но к моменту смерти Дженерозо он уже был очень старым и собирался уехать во Флориду, доживать свои последние годы там. Оставалось три кандидата - Бутч Локуро, андербосс Томас “Тим Мёрфи” Эскалера и Фунци Туминаро - капитан из Бруклина. К тому моменту у Эскалеры очень сильно испортились отношения с его протеже - Винсентом Джаттино, который сменил его в качестве капо старой дечины в Вестайде. Назревал конфликт, но присутствие Карини, хоть и номинальное, сдерживало потенциальный конфликт. Карини скончался в 1972 году и это стало триггером к последующим событиям. Бутч Локуро призывал к созданию временного комитета для управления семьей и сохранения мира. Тим Мёрфи согласился, но пытался тянуть одеяло на себя, а Чин сговорился с Фунци и они пытались играть свою игру. В какой-то момент Локуро понял, что ему нужно продемонстрировать решительность и у него вскоре появился повод для этого. Вечером 7 июня Пэтси Каччиаторе и Энтони “Большой Тони” Скала - оба солдаты в команде Бутча Локуро ехали на встречу со своим капитаном в ресторане Рао. Они заметили подозрительных мужчин, которые сидели через дорогу от Рао и высматривали вход. Это точно не были федералы, в то время им вряд ли дали бы новенький Форд Тандерберд. Каччиаторе и Скала вошли в ресторан и предупредили об этом Локуро. Бутч позвонил Сэлу и велел подвезти оружие к заднему входу в ресторан. Когда Сэл был на месте, трио вышло к нему и он передал им пистолеты. Сэлу велели подъехать к Тандерберду и заблокировать его, что он и сделал. Мужчина за рулем Тандерберда видимо разозлился и опустил стекло. Он уже хотел начать конфликт, но они с Сэлом узнали друг друга. Это был Филли Пископо - еще один парень из Гринвич Виллидж, с которым рос Сэл.
“А ты какого хера тут делаешь, Сэл?” удивленно спросил Филли.
“Да друга забираю, дельце срочное,” с улыбкой ответил Сальваторе.
“У нас тут тоже, типа, срочное дело. Может уберешь свою баржу?” настаивал Фил.
“Потерпи пару минут, Филли,” заговаривал зубы старому приятелю Сэл.
Форд Тандерберд был плотно запаркован между старым фургоном и темно-зеленой Шеви Шевель. Сэл поставил свой Кадиллак Эльдорадо параллельно Тандерберду, так что тот не мог выехать.
Через несколько секунд Большой Тони и Пэтси с двух сторон подкрались к Тандерберду и навели пистолеты на растерянного Филли и его напарника Джино.
“Конечная нахуй, выгружаемся!” завопил хриплым голосом Большой Тони.
Вскоре Филли и Джино ехали связанные в просторном багажнике собственного Тандерберда.
Их отвезли в гараж в Нью-Джерси, который принадлежал Питу Кальванезе. Вскоре Бутч выяснил у них, что Томас Эскалера поручил им убить его, а затем они планировали избавиться от Чина и Фунци. А дальше произошло то, к чему Сэл не был готов. Когда вопросы закончились, Пэтси достал свою Беретту и выстрелил в голову Филли, дважды. На глазах у Сэла застрелили его друга детства. Дальше была очередь Джино, крики которого более или менее глушила воткнутая ему в рот промасленная тряпка.
“Сэл, у тебя ствол при себе?” спросил Пэтси. Время будто бы остановилось, он не мог собраться с мыслями. Это было состояние шока. Бутч похлопал Сальваторе по спине.
“Ты в норме?” поинтересовался Бутч.
“Да. Ствол при мне,” собравшись ответил Сэл. По крайней мере, он сделал вид, что все в норме. Он понимал, что это своего рода экзамен. Тот, который нельзя провалить.
Пэтси посмотрел на Сэла и кивнул ему. Сальваторе достал свой Смит и Вессон .38 калибра и навел его на Джино. Выстрел в голову. И еще один. Касертано описывал эти секунды как самые длинные в своей жизни. Но после этого он, будто бы почувствовал облегчение. Он убедил себя в том, что поступил правильно и даже сделал нечто хорошее. То, к чему его готовили всю жизнь. И это не последний раз, когда ему придется выполнять подобную работу. Теперь целью был Эскалера.
На фото: труп Томаса Эскалеры
Тим Мёрфи регулярно посещал свою любовницу в Краун-Хайтс в Бруклине и именно там его подловили. 16 июня 1972 года Эскалера как всегда покинул дом своей любовницы и направился к своему Линкольну. В момент, когда Эскалера открывал двери автомобиля, возле него остановился красный пикап с Сэлом Касертано за рулем. Пэтси Каччиаторе высунул из окна старый армейский пистолет-пулемет М3 с глушителем и открыл огонь. Тим Мёрфи получил несколько ранений, но всё же попытался бежать. На тротуаре его настигла вторая очередь. Он так и остался лежать в луже собственной крови. Через неделю в ресторане Бамонтес в Бруклине произошло заседание капитанов семьи Дженерозо. Чин Джаттино был избран консильере, Бутч Локуро - боссом, а андербоссом он назначил Фунци Туминаро. Касертано не присутствовал на этой встрече, так как еще не был членом семьи, но он подвозил на неё Бутча, Пэтси и Большого Тони. После встречи Сэлу объявили, что Большой Тони теперь капо.
Отрывок из главы: Перерождение
4 января 1976 года. Пару месяцев назад у Пэтси Каччиаторе родился сын, которого назвали Луисом.
Пэтси настаивал на том, чтобы Сэл стал крестным отцом для его сына и Сэл согласился. Крещение было назначено именно на эту дату. Но это не единственное, о чем Пэтси попросил Сэла. Еще за год до этого Пэтси сказал, что он и Бутч рекомендовали Маленького Сэла на членство и скоро должны открыться книги. Сальваторе согласился, но он не знал когда именно наступит этот момент.
После крестин семья и друзья собрались праздновать в ресторане Бамонтес в Бруклине, принадлежавший Фунци Туминаро. Место было выбрано неспроста. Во первых он мог вместить куда больше людей, чем Раос, а во вторых имел просторный вип-зал. Именно туда в какой-то момент перешла часть гостей. Сэл разговаривал с кузиной Пэта, который как раз подошел к ним и прервал разговор.
В отдельном зале был приглушенный свет, за столом сидели Бутч Локуро, Фунци Туминаро и Чин Джаттино. Также присутствовали некоторые капитаны и другие члены семьи Дженерозо. Некоторых Сэл знал, а некоторых видел впервые. Все молчали, а Бутч задавал Сэлу вопросы. Он спросил знает ли Сальваторе, почему он тут. Сэл ответил, что не знает. Бутч также спросил, знает ли он некоторых присутствующих здесь и относится ли к ним как к своим братьям? Сальваторе ответил утвердительно. Бутч сказал Сэлу, что все они являются частью тайного сообщества и они предлагают ему присоединиться к ним. Ответ снова был утвердительным. Дальше Бутч произнес какие-то слова на сицилийском диалекте, проткнул палец Сальваторе кинжалом и выдавил из него кровь на икону Святой Розалии, покровительницы Сицилии. Бутч поднес икону к горящей свечи, а затем вложил в руки Сальваторе. Он произнес клятву, которую Сэл должен был повторить за ним.
Пламя согревало ладони Сальваторе, когда тот произносил клятву, связывающую его жизнь с Коза Нострой навечно. Это было перерождение.
“Хочу представить вам нашего нового друга - Сальваторе Касертано,” сообщил Бутч Локуро всем присутствующим и поцеловал новобранца в обе щеки. В тот день с Сэлом было принято в семью еще 9 человек, среди них были: Альфред Дентико, человек Туминаро и Дженнаро Заппола из Бронкса. Касертано описывает этот день как день, как самый важный день в своей жизни, день когда он стал новым человеком.
Отрывок из главы: Убийцы с .22 калибром
К 1980 году Сальваторе передал управление своими операциями связанными с наркотиками своему партнеру - Питеру Кальванезе, а сам сосредоточился на более легальных и прибыльных рэкетах. Пит сколотил вокруг себя банду молодых людей, преимущественно итало-американцев, которые звали себя Парни с Плезант Авеню. Они оперировали с Плезант Авеню в Восточном Гарлеме и продавали наркотики и оружие афроамериканским и пуэрториканским диллерам в Гарлеме, Вашингтон Хайтс и Бронксе. Их главным коннектом был Роландо Ривас, они перевозили оружие и наркотики на лодках из панамы в Майами, а оттуда уже везли в Нью-Йорк. Помогали связи Сэла с профсоюзом Тимстерс и его компания грузоперевозок. Костяком банды были Пит Кальванезе, его младший брат Ленни и Джозеф Лабрезе, а всего она насчитывала 30 членов и некоторые из этих людей в будущем станут ключевыми фигурами в трех из пяти мафиозных семей в Нью-Йорке. Также членов банды нередко использовали для убийств. Именно убийства сделали банде заголовки. 18 апреля 1980 года в Бронксе было найдено тело Энтони Катуаро, консильере семьи Филадельфии, который организовал убийство своего босса без разрешения Комиссии. Как выяснилось позже, Фунци и Чин обманули Катуаро насчёт разрешения, чтобы подставить его и забрать его прибыльные операции в Атлантик-Сити. Почти каждые несколько месяцев в заголовках было новое убийство, связанное с мафией. И многие эти убийства имели кое-что общее - орудием убийства были пистолеты .22 калибра. И вплоть до середины 80х мелькали громкие заголовки по типу “Убийцы .22 Калибра снова наносят удар” и это начало беспокоить Сэла и некоторых других членов мафии. Сэл уже не был так сильно завязан с делами Пэтси и Пита и сосредоточился на профсоюзном рэкете. Пэтси же всегда был уличным парнем и его основной доход всегда был с наркотиков. Назревала еще проблема - к 1981 году Бутчу уже было перевалило за седьмой десяток и его здоровье подводило его.
Бутч всё больше времени проводил во Флориде. Фунци Туминаро также был старым и помимо проблем со здоровьем у него еще и были проблемы с законом. Он стал первым боссом, которого привлекли по закону РИКО и вскоре он умер в тюрьме. После похорон Фунци, Локуро официально уступил место Винсенту Джаттино и уехал во Флориду. С Джаттино в семье поднялись люди, которые умели зарабатывать деньги в более продвинутых сферах - мусорный бизнес, строительство, профсоюзы, азартные игры. Тони Скала был повышен до андербосса, он делал миллионы на незаконной лотереи и азартных играх и в команде Восточного Гарлема образовалась вакансия. Сальваторе Касертано стал новым капо, так как Чину нужны были его связи в профсоюзах. Такие люди как Пэтси больше не несли такой ценности как раньше, более того, по мнению некоторых, они привлекали слишком много неприятностей. Сэл не забывал своего ментора и помогал ему, когда тому нужно было. Но Большой Тони и Чин советовали ему дистанцироваться от подобных людей. В 1987 году члены банды Плезант Авеню, среди которых был и Пит Кальванезе, получили огромные сроки за наркоторговлю. Под следствием также был и Пэтси Каччиаторе и многие другие члены Банды Плезант Авеню. Пэтси к тому времени начал много пить и употреблять собственный кокаин, что делало его слабым звеном в глазах руководства боргаты.
Вечером 5 сентября 1987 года Чин назначил встречу с Сэлом Касертано в своем старом клубе на 206 Салливан Стрит в Гринвич Виллидж, который когда-то принадлежал уже давно покойному Винченцо Дженерозо. Администрация семьи почти всегда заседала в этом клубе на Вестсайде, из-за чего семью Дженерозо другие семьи прозвали просто “Вестсайд”. Сэла ждал очень тяжелый разговор с боссом. Чин не просто приказал убить Пэтси. Сначала он выслушал аргументы Сэла, а затем привел свои. У него был дар убеждения и он был мастером манипуляций. И манипулировал он не только своими подчиненными. Он десятилетиями притворялся умалишенным, разгуливая днем по Гринвич Виллидж и соседним районам в своем банном халате, надетом поверх пижамы. Он бормотал себе под нос, корчил гримасы как ребенок перед зеркалом, а иногда останавливался дабы побеседовать с парковочными счетчиками. Но всё это была игра, чтобы сбить с толку правоохранительные органы. Ночью Чин в солидном костюме проводил встречи в своем социальном клубе и именно во время такой встречи он привел аргументы почему Пэтси Каччиаторе “должен уйти” и организовать это должен был именно Сэл Касертано.
Отрывок из главы: Покойник
На фото: труп Паскуале Каччиаторе
В день, когда Сэлу приказали убить хорошего друга, человека, чьего сына он крестил, он впервые начал сомневаться в том образе жизни, который он для себя выбрал и тех правилах и порядках, которые определяли его жизнь. Он задумался о том, что однажды станет следующим. К сожалению, дороги назад уже не было и тогда Сэл даже не думал о том, чтобы нарушить приказ или уж тем более пойти к федералам. Ему оставалось утешать себя тем, что ему не придется присутствовать, когда это произойдет. Он передал приказ одному из солдат своей дечины - Фрэнку Занфардино, а тот нанял афро-американских наркодилеров из Гарлема, которые вели дела с людьми Каччиаторе.
12 сентября 1987 года Сэл увидел в вечерних новостях репортаж с 114 улицы в Восточном Гарлеме - застрелен подозреваемый в организации торговли кокаином в крупных масштабах. Покойный Паскуале Каччиаторе был под залогом и ожидал суда по своему делу. Сэл на тот момент уже не ощущал ничего. Он понял, что его друг покойник еще когда вышел с той встречи на Салливан Стрит неделей ранее. Ему предстояло заботится о семье убитого Пэтси, а для этого нужны были деньги.
Члены банды с Плезант Авеню либо сидели в тюрьме, либо были убиты, либо разбрелись по разным семьям. Леонарду Кальванезе посчастливилось остаться на свободе, у него были амбиции стать куда больше, чем просто драгдилером. Он хотел стать мафиози, а Сэл Касертано был примером для подражания - рэкетиром. И Кальванезе стал для Касертано главным помощником и его протеже. Со временем Кальванезе купил свой первый ночной клуб. Часть денег они отдавали семье Каччиаторе. После всего, что Касертано испытал в мафии, он перестал доверять другим мафиози и предпочитал окружать себя молодыми парнями, для которых он был ментором. Он хоть и был капитаном, но встречался со своими солдатами только в случае крайней необходимости - решить какой-то спор или проблему, получить важную информацию. Всё остальное время занимал бизнес - люди Сэла принимали ставки и устраивали карточные игры, он готовил Ленни к тому, чтобы тот полностью взял на себя эти операции.
Сын Пэтси - Луис Каччиаторе постоянно прогуливал школу, а если и ходил то устраивал там драки и его постоянно выгоняли. Ленни заведовал социальным клубом Сэла и начал брать Маленького Луи к себе, дабы тот помогал ему с билетами на ставки, подметал бар, приносил напитки. Луису нравилось быть среди взрослых и он получал хорошие деньги за свою работу, не говоря уже о чаевых от мафиози посещавших карточные игры.
Не смотря на свой нрав, Луис был очень смышленым, он любил много читать и у него была хорошо поставленная речь. Еще в подростковом возрасте в нем проявлялись лидерские качества, он пользовался уважением у сверстников и всегда был лидером в командных видах спорта.
Сэл и Ленни понимали, что Луис так или иначе окажется на улице, его просто тянуло туда. И они решили, что лучше выбрать для него самый безопасный путь из всех возможных. Они начали обучать юного Луиса для его будущей “карьеры” и он схватывал на лету.
Отрывок из главы: Смирение
Подходил 1997 год. Один из доверенных людей Винсента Джаттино дал на него показания и тот отправился в тюрьму на длительный срок. Для Сэла подобные события заставляли ожидать худшего - внутренней грызни и он видел, что случается с теми, кто недостаточно умело играет в политику. Он принял для себя решение держаться подальше от политики внутри семьи. Но судьба распорядилась иначе. Поскольку вся верхушка семьи отправилась в тюрьму, Чин решил назначить правящий совет из влиятельных капитанов и Сэл стал одним из тех кто будет принимать решения.
В совет также вошли Дженнаро Заппола из Бронкса, Альфред Дентико из Бруклина и Дино Фанаро из Нью-Джерси. Теперь они руководили повседневными делами одной из крупнейших семей в США.
Как минимум двоих Сэл помнил еще со своей церемонии принятия. Но ему никогда не нравился Джерри Зэп - он всегда был громким, бесцеремонным и у него было огромное эго. Джерри был из тех людей, которые хотят тебя подловить, чтобы заставить вас чувствовать себя ниже, чем он. Всё, что было у Джерри в плане бизнеса он получил, въехав туда сидя на чьей-то шее.
Альфред, напротив, всегда был джентльменом, был тихим, серьёзным и скрытным. Его все уважали. У него был свой магазин электроники в Бруклине, а также доля в мусорной компании. Дино Фанаро был гангстером старой закалки из Ньюарка, он держал в кулаках все порты Нью-Джерси, его племянники были крупными профсоюзными чиновниками.
Сальваторе Касертано старался встречаться с ними как можно реже, не только из-за своей неприязни к Джерри, но и из-за внимания правоохранительных органов.
Одна из таких встреч была назначена в Бруклине, в магазине у Альфреда Дентико. Решался вопрос приема новых членов. Семья Дженерозо не принимала никого с 1986 года.
Сэл хотел порекомендовать на членство Леонарда Кальванезе и Луиса Каччиаторе, а Джерри - троих своих людей, среди которых был Рональд Павано. Павано был крупным наркодилером. Это казалось плохой идеей для Сэла, так как прием таких людей всегда риск, плюс Павано находился под следствием в тот момент. Заппола в свою очередь блокировал Каччиаторе, ссылаясь на то, что тот слишком молод. Но в результате обоим пришлось пойти на компромисс. Кстати, через несколько месяцев после приема Павано был осужден за торговлю наркотиками. Это далеко не единственный раз, когда Сэлу приходилось иметь дело с хотелками Джерри. А позже Джерри начал пытаться ставить больше своих людей в ячейках профсоюзов, которые Чин завещал делить между собой. Как-то раз Сальваторе застал в порту людей Джерри, которые воровали груз, который воровать не стоило. Сэл и Ленни потрепали одного из парней Запполы, что привело к серии сходок. Это продолжалось годами.
Чин всё меньше мог влиять на процессы на воле, он медленно умирал за решеткой, а Джерри Заппола пытался тянуть одеяло на себя. Когда Чин был уже при смерти, он отправил послание, в котором сделал Джерри Зэппа действующим босом, а Альфреда Дентико андербоссом. Место консильере оставалось вакантно и это стало предтечей будущих проблем для Сэла.
Один албанец из Бронкса был должен Сэлу около 600 тысяч долларов, с учетом процентов которые накопились за несколько месяцев. Сэл тогда испытывал серьезный стресс из-за множества проблем, которые у него были. Его сын собирался поступать в Колледж, у него была язва и вдобавок Джерри Заппола создавал ему проблемы там, где только мог. Когда албанец отказался выплачивать всё, что задолжал Сэлу - тот сорвался и выстрелил албанцу в колено. Это создало еще один конфликт с Зэпом, который заявил, что албанец с ним и что он должен ему куда больше.
Находить компромиссы было всё труднее, Сэл поставил условие, что если он не начнет получать выплаты к следующему понедельнику - албанец будет мертвым.
Весь следующий день Сэл провел в своем социальном клубе. На удивление, ни Луис, ни Ленни не пришли в тот день и не отвечали на звонки. Что-то было не так, но Сэл еще не мог понять в чем дело. Он закончил принимать ставки и отпустил всех домой к 6, а когда стемнело он закрыл клуб и направился к своему Кадиллаку. На другой стороне дороги резко затормозил мотоцикл и раздались выстрелы. Мотоциклист вел автоматический огонь по Сэлу из пистолета-пулемета. Он нырнул за машину и достал свою Беретту .25 калибра с кобуры на лодыжке. Как только стрельба утихла, Касертано открыл ответный огонь. Мотоциклист спешно покинул место покушения, Сэл скрылся переулками и поймал такси. Ему нужно было время, чтобы выяснить что произошло. Он затаился на квартире у своей любовницы в Форт Ли, Нью-Джерси. Первым делом он позвонил жене и сказал той, чтобы она брала детей и ехала к родственникам в Массачусетс. Никто из его людей не брал трубку. На следующий день он узнает, что его солдата Фрэнка Занфардино и партнера Майкла Фумаро убили в Бронксе, когда те были на заправке. От Ленни и Луи не было никаких вестей и он пытался до них дозвонится. Было два варианта - либо они мертвы, либо они знали что происходит. Сальваторе ходил к ближайшему таксофону возле дайнера, в квартале от квартиры где он остановился. Это был поздний декабрь 2003 года и было очень холодно. Наконец-то он дозвонился до Ленни.
“Алло? Кто это?” спросил Ленни, но не получил никакого ответа. Сэл молчал, прокручивая у себя в голове все варианты.
“Сэл, это ты?”
“Да, алло. Это я,” ответил Сэл.
“Сэл, чё случилось? Тут у нас пиздец, все тебя ищут. Ты норме?” продолжал Ленни.
“Я не в норме, в меня стреляли. Фрэнки и Микки завалили,” ответил Сэл.
“Да, это полный пиздец. Нам нужно встретится, решить что делать дальше!” сказал Ленни.
“Я могу сейчас за тобой заехать, где ты сейчас?” спросил Сэл.
“Уже поздно, отдохни Сэл, и давай завтра встретимся на Салливан Стрит, там будут и Джерри и Эл, они переживают и хотят знать что происходит,” объяснял Ленни..
“Джерри, да? Ну хорошо. Я еще перезвоню,” сказал Сальваторе и повесил трубку.
Теперь ошибки быть не могло, Сэла подставили его собственные люди. Люди, которым он давал клятву и даже те, кого он сам взял под крыло и поклялся защищать. Его распирала злость, чередующаяся с паникой. Он понимал, что его приговорили к смерти и следующий его звонок был в офис ФБР.
Когда Сэл давал показания, агент Линдблум попросил его дать определение термину “омерта”.
Многие думают, что омерта это кодекс молчания. Это не совсем так. Омерта походит от итальянского умирита, что означает смирение. Принимая омерту, или умириту, ты принимаешь свою дальнейшую судьбу. В контексте тайных сообществ чести это значит, что ты принимаешь судьбу, которая тебе уготована этим сообществом. Но Сэла ожидало другого рода смирение - теперь остаток жизни он должен был прожить в совершенно незнакомом месте, под вымышленным именем. Без прежнего престижа и уважения. Как обычный работяга Джо, от девяти до пяти.
Эпилог: Операция “Семейный Кодекс”
1 апреля 2004 года. В ходе операции проведенной совместными силами ФБР, полиции Нью-Йорка и полиции штата Нью-Джерси были задержаны свыше ста членов и партнеров нескольких семей Коза Ностра которые действовали в Нью-Йорке и на Лонг Айленде, а также в Нью-Джерси, Коннектикуте, Массачусетсе и Флориде. Среди предъявленных обвинений: трудовой рэкет, вымогательство, азартные игры, ростовщичество, уклонение от уплаты налогов, сговор с целью убийства и организация преступного сообщества, помимо прочих.
Сэл Касертано стал первым капо в истории семьи Дженерозо, который стал правительственным свидетелем. Его показания помогли осудить около сотни мафиози. Леонард Кальванезе и Луис Каччиаторе получили короткие сроки за организацию азартных игр и ростовщичество. Джозеф Лабрезе, обсужденный в 1998 году за наркоторогвлю, должен выйти из тюрьмы в августе 2010 года. Некоторые другие члены семьи, получившие сроки, могут выйти раньше.
Дженнаро Заппола выиграл аппеляцию и был освобожден. Сегодня он предположительно является действующим боссом семьи. Альфреду Дентико не были предъявлены обвинения. Дино Фанаро породолжает управлять доками в Нью-Джерси. Семья Дженерозо продолжает быть одной из самых сильных семей Коза Ностра в США. Некоторые упомянутые люди ныне занимают там высокое положение. Мафия до сих пор имеет значительное влияние на профсоюзы, а через них на муниципальные власти, на подрядчиков и на частных предпринимателей. Семьи Коза Ностры являют собой конгломерат преступных организаций, хотя не все члены являются преступниками. Сальваторе Касертано находится в программе защиты свидетелей со своей семьей. Его местоположение неизвестно.
“У меня входящий звонок для агента Линдблума,” сказал оператор. “Вы примите этот звонок?” Он принял звонок, пытаясь собраться с мыслями после прерванного сна. Джон Линдблум был старшим агентом в специальном отряде, который расследовал рэкет и вымогательство в сфере профсоюзов. Обычно такие звонки поступали из бюро, если нужно было внести какие-то поправки в поданные отчеты и Линдблум хотел побыстрее разобраться с этим. Впереди его ждали праздники, выходные. Он и представить не мог, что все эти планы придется отменить.
“Агент Линдблум? Это Сэл Касертано. Полагаю, вы знаете меня,” сказал мужчина с характерным Бруклинским акцентом. Агент Линдблум сначала подумал, что это какая-то шутка. Коллеги знали с каким упорством, а иногда и отчаянием, он охотился на мафиози и вполне могли разыграть его. Но это был не розыгрыш.
“Да, думаю, что знаю,” наконец собравшись, ответил Линдблум. “Чем я могу помочь, Сэл?”
“Мне говорили, что я могу к вам обратиться,” сказал Сэл. Его голос звучал напряженно, а реплики были короткими. “Моей жизни угрожает опасность и у меня есть два варианта, как решить эту проблему,” добавил Сэл после секунд неловкого молчания.
Подозрения Линдблума касаемо розыгрыша рассеивались с каждой секундой разговора.
“Кто угрожает вашей жизни и про какие варианты вы говорите?” спросил Линдблум.
“Мои же люди предали меня и хотят меня убить,” темперамент Сэла брал верх и фразы становились длиннее и громче. “И самый очевидный вариант, как решить эту проблему - это забрать с моего склада Калашников и нагрянуть в клуб на Салливан Стрит!”
Агент Линдблум хорошо понимал, что это бравада, характерная многим итало-американским гангстерам. Он хорошо знал их психологию, знал как многие из них подражали старым киношным архетипам. Линдблум и сам любил старые фильмы с Джеймсом Кэгни и Эдвардом Робинсоном.
“Я рад, что это не единственный вариант, Сэл,” спокойно ответил Линдблум, “Иначе этого разговора и не было бы. Где вы сейчас?”
“Я скажу, если вы гарантируете, что за мной приедете лично вы, а не копы, этим грязным псам верить нельзя, знаете сколько копов я в этой жизни подкупил?” тирада про злодеяния полиции длилась несколько минут, но агент всё же сумел вернуть разговор в нужное русло.
“Даю слово, что полиция не будет вовлечена. Просто скажите где вы и я приеду, с напарником,” заверил Линдблум паникующего гангстера.
“Я возле дайнера на Девятом Шоссе, где-то… где-то между Энглвуд Клиффс и Форт Ли,” неуверенно ответил Сэл.
“Выпейте кофе, согрейтесь и успокойтесь. Через два часа я буду там,” сказал Линдблум и положил трубку, принявшись собираться и звонить коллеге из своего отдела. Ему предстояла двухчасовая поездка из Коннектикута в Нью-Джерси.
Позже в тот вечер Сальваторе “Маленький Сэл” Касертано стал первым в истории высокопоставленным членом преступной семьи Дженерозо, который стал правительственным свидетелем.
Отрывок из главы: Вестсайд
Сэл Касертано родился 17 июня 1934 года, в районе Гринвич Виллидж, на Манхэттене. Еще с начала ХХ века этот район был обителью неаполитанских иммигрантов. В таких районах не жаловали полицию, а при появлении офицеров даже те, кто говорил на ломаном английском внезапно забывали этот язык. Реальной властью здесь были люди из достопочтенного сообщества, которые звали себя каммористи. Это были люди про которых с восхищением рассказывал Сэлу его отец - Гаэтано. Гаэтано Касертано был сыном члена каморры из пригородов Неаполя, который переехал со своей семьей в Нью-Йорк, поселившись в Нижнем Вест Сайде на Манхэттене. Он был дальним родственником известного каммористы - Винчензо Дженерозо, будущего босса крупнейшей мафиозной семьи в Нью-Йорке. Пока каморра с Нэви Стрит в Бруклине воевала с сицилийской мафией, Дженерозо вёл с сицилийцами прибыльные операции по подделке валюты, а во время сухого закона он благодаря своим связям с мафией стал ключевым бутлегером страны. Он также стал одним из первых материковых итальянцев, кого приняли в мафию, проложив туда дорогу для других выходцев “с сапога”. Винченцо Дженерозо, он же “Дон Чензино”, был настоящим королем района. Он оперировал из своего социального клуба Рыцари Колумба, по адресу 206 Салливан Стрит в Гринвич Виллидж. Будучи ребенком, Маленький Сэл Касертано регулярно посещал этот клуб, в компании своего отца и деда. Он наблюдал, как местные мафиози играют в карты и веселяться, видел как они щеголяют в своих костюмах, сшитых на заказ, как разбрасываются деньгами. Маленький Сэл хотел быть таким как эти люди. Но больше всего ему запомнился сам Дженерозо. Перед праздниками Дженерозо принимал у себя местных малоимущих жителей, помогая им деньгами или продуктами. Иногда Сэл и его отец выдавали жителям района индейки перед Днем Благодарения по поручению Дженерозо. Для Сэла “Дон Чензино” был настоящим героем - на голову выше, чем Робин Гуд и намного влиятельнее, чем президент США.
Но правда заключалась в том, что Дженерозо был “королем” только в своем районе. Не смотря на всё, своё влияние ему приходилось считаться с одними боссами и служить другим. Это правда жизни, которую Сэл Касертано узнает еще не скоро, уже будучи принятым в мафию. Винченцо Дженерозо играл ключевую роль в связях между каморрой и мафией в начале 20 века и позже лоббировал принятие своих земляков в мафию.
Отрывок из главы: Пятая семья
Фото: Джузеппе Маринео и Илларио Лауро
В 1920 году Маринео, Лауро и их сторонники вышли из тюрьмы, а через короткий промежуток времени был убит Фабио Ламаттина - бывший сторонник Маринео, перешедший на сторону Аквилино, который в награду протянул его на место босса в бывшей семье Маринео. Аквилино изгнал заговорщиков из мафии и приказал их убить, что вынудило их искать защиты на Сицилии.
После вмешательства Сицилийских семей, конфликт был урегулирован. Заговорщиков восстановили и даже позволили создать им новую боргату, но большая часть Корлеонези из Восточного Гарлема перешли под управление босса Гаэтано Раннелли.
Новосозданная, пятая боргата была крайне малой, а новым боссом был выбран молодой Джузеппе Мессина. На тот момент Мессина уже активно сотрудничал с некоторыми каммористи, в том числе и с Винченцо Дженерозо. И именно за счет материковых итальянцев Мессина увеличил численность своей семьи. Дженерозо был принят в семью Мессина где-то в 1922 году и был повышен до капитана, а с ним в семью были приняты его люди, которые стали костяком дечины в Гринвич Виллидж: семейство Касертано, Тони “Брикс” Стилано, Луис Эскалера и многие другие неаполитанцы, выходцы из Кампаньи проживавшие в Гринвич Виллидж. Дечина Дженерозо была основной ударной силой новосозданной семьи. Винченцо Дженерозо был хорошо знаком с другим капо из Маленькой Италии - Чарльз “Красавчик Чарли” Ломбардино, они вели совместные операции. Они примут участие в войне 1928-1931 годов. Сначала будет устранен Аквилино, а Мессина займет место босса всех боссов. Позже, во время войны с боргатой Савернио Манзанеро, Мессина утратит доверие к Дженерозо, Ломбардино и их сторонником и они будут приговорены к смерти. Джузеппе Мессина был убит в ресторане на Кони-Айленде, предположительно людьми Дженерозо. Несколькими месяцами позже будет убит и Манзанеро, в своем офисе на Манхэттене. Чарли Ломбардино будет избран боссом бывшей боргаты Мессина, а Фрэнк Кастильяро - консильере. Дженерозо займет позицию андербосса, хотя и будет вынужден сбежать в Италию в 1937 году, скрываясь от правосудия.
Отрывок из главы: В порту
На фото: Винченцо Дженерозо дает показания перед комитетом Кефовера
В те времена в портах и на верфях работали, в основном иммигранты в том числе много итальянцев и выходцев из центральной и восточной Европы. Но реальная власть в доках была в руках мафии. Гаэтано “Ларри” Касертано был одним из людей семьи Ломбардино в доках Манхэттена, возглавляя 83 ячейку профсоюза International Longshoremen Association. Как рассказывал Касертано своему сыну Сэлу, в феврале 1942 года с ним связались люди из Разведывательного Управления ВМС США. Они сразу дали понять Ларри, что они знают кто он и чем занимается. Им нужна была информация о подозрительной активности на верфях. Отец Сэла был вежлив, хотя и не обронил ни слова, а в конце разговора капитан Нортон оставил свою визитку. Касертано старший пошел с этим к своему капо, Тони Стилано, а тот - решил донести это до Кастильяро. Мафиози увидели в этом возможность. Через несколько дней была созвана сходка в ресторане Белла Нотте на Малберри Стрит, на которой присутствовали: Кастильяро, Стилано и Касертано от семьи Ломбардино, андербосс семьи Мальяно и главный человек в Бруклинских доках - Альберт Аскенциа и Томас ДиПалермо - влиятельный солдат из семьи Пуглиси и их главный человек в портовых профсоюзах. Они договорились вести переговоры с представителями Разведывательного Управления ВМС США и помогать им в обмен на определенные услуги. Связным назначили Ларри Касертано и с тех пор он регулярно встречался с капитаном Нортоном. Заключенного, на тот момент, Чарльза Ломбардино перевели из тюрьмы строгого режима Даннемора на севере в тюрьму низкого режима Клинтон, недалеко от Нью-Йорка. Срок в 50 лет заменили на 10 лет с последующей депортацией в Италию, это была одна из многих услуг от правительства США для мафии за время войны.
Члены одной и той же семьи помогали и обменивались услугами с правительствами двух абсолютно разных, воюющих между собой стран - люди Ломбардино в США и Дженерозо в Италии. И делали они это не потому, что были одурачены идеологией или патриотизмом. Они преследовали исключительно свои цели, цели Коза Ностры. В 1943 году при вторжении американских войск на Сицилию и на юг Италии сотрудничала с американской разведкой, а позже были ставленниками оккупационной администрации. Дженерозо не был исключением и какое-то время был переводчиком при американской администрации в Неаполе. Он организовал продажу украденных со складов армии США продуктов питания и сигарет. Вскоре его реальная личность была установлена, он был арестован и экстрадирован в Нью-Йорк, так как он до сих пор был подозреваемым в убийстве. Двумя годами позже главный свидетель обвинения скончался при загадочных обстоятельствах, а дело развалилось и Винченцо Дженерозо вышел из здания суда свободным человеком.
Гаэтано Касертано рассказывал эти истории своему молодому сыну, прогуливаясь по набережной доков. Сэл был впечатлен и хотел добиться для себя такой же репутации. Он работал стивидором в порту еще с 17 лет, но уже тогда подворовывал ценный груз, сначала по мелочи. Гаэтано не хотел, чтобы его сын был простым вором и преступником и как-то раз, по воспоминаниям Сэла, провел с ним очень строгую беседу, когда до Гаэтано дошел слух, что его сын пытался сбыть украденный ящик со столовым серебром знакомому скупщику краденного.
Отрывок из главы: Отель
На фото: Пит Кальванезе, Герби Голдштейн, Сэл Касертано
Дела шли хорошо, но как-то раз им предложили нечто, что затмило бы их скромные успехи. Джейк Джордано получил наводку от своих знакомых из другой семьи, что в люксовом отеле Пьер на Манхэттене должна будет пройти крупная встреча торговцев ювелирными изделиями. Обычно такие отели имеют свои ячейки хранения и именно эти ячейки должны быть основной целью. В пятницу вечером 3 марта 1957 года, как раз, когда проходила конференция, человек Джейка Джордано работающий в отеле впустил Пита Кальванезе через запасной выход и провел его в подвал, к электронным щиткам. Сэл Касертано ждал, чтобы подать сигнал в фойе отеля сидящим в машине Фелпсу, Голдштейну и Томми Лумиа, человеку Джордано. Когда свет мигнул в фойе отеля, Касертано провел пальцами через густую шевелюру. Фелпс и Лумио надели маски и с оружием и пустыми чемоданами вломились в фойе отеля, заставив всех лечь лицом в пол, в том числе и Сэла, который отыгрывал свою роль. Сигнализация и телефоны в здании не работали, а банда быстро обнаружила менеджера. Лумиа контролировал толпу, а Фелпс под дулом пистолета отвел его к ячейкам и заставил вскрывать все. Содержимое они просто вываливали в чемоданы. На это ушло чуть больше двух минут. Фелпс выбежал с чемоданами к машине, а за ним последовал Лумиа. Пит Кальванезе уже давно как покинул отель через тот же черный ход, а Касертано использовал суматоху после ограбления, дабы скрыться до прибытия полиции. Они вынесли драгоценностей почти на половину миллиона долларов, а также в одной из ячеек они обнаружили облигации еще на сто тысяч.
Со сбытом ювелирки проблем не было, так как их наводчик Толстый Джейк знал нужных людей, но как организатор ограбления он забрал львиную часть дохода себе. Мафиози редко имели дело с облигациями, так как это было очень рисково, их было легче отследить и сроки были большие. Касертано и его подельникам пришлось искать того, кто помог бы им продать облигации. Фелпс познакомил Касертано со своим знакомым из Адской Кухни - Джорджем Веленкасом по прозвищу Грек. Греком он был по линии отца, а его мать - чистокровная ирландка. Веленкас сказал, что у него есть покупатель по имени Эдди, который хочет посмотреть на облигации и они согласились устроить встречу с Эдди в квартире у Касертано, где он и хранил облигации. Трио забрало Эдди в баре в Адской Кухне и направились они прямиком домой к Сэлу. Эдди удостоверился в реальности ценных бумаг и согласился скупить всё, в два приема. Встречу назначили через два дня в отеле Кингсбридж в Верхнем Вест Сайде.
Сэл и Джимми Заточка сидели на диванчике в фойе отеля. На коленях у Касертано лежал неприметный чемоданчик. Они делали вид, что не знали друг друга, Джимми просто читал газету.
Грек сидел в кресле напротив, так чтобы было видно вход, и высматривал покупателей. В углу фойе, на стене, висел платный телефон и по нему разговаривал мужчина в пальто и шляпе, он несколько раз глянул на неприметное трио, а затем положил трубку и приблизился к ним. В тоже время в отель зашли еще трое мужчин, одетых также. Грек увидел, как один из них достает пистолет. Он схватил Сэла за шкирку, потянул его за собой и вместе с ним рухнул на пол, а буквально через секунду раздались громкие выстрелы.
Джимми бросился бежать в сторону лестницы, но после еще одной серии выстрелов рухнул замертво. Только после этого раздались крики “Полиция Нью-Йорка, не с места!”
Когда на Сэла надели наручники и повели к выходу - ему хорошо запомнился вид дивана насквозь прошитого пулями .45 Калибра. Если бы Грек не среагировал вовремя, то Сальваторе Касертано лежал бы на хирургическом столе с биркой на пальце.
Отрывок из главы: Синг-Синг
27 мая 1957 года Фрэнк Кастильяро вышел из лифта в фойе многоквартирного дома в Бруклине. Из тени раздался голос. “Это тебе, Фрэнк”, сказал тучный мужчина и сделал несколько выстрелов из револьвера .38 калибра, как раз когда Кастильяро повернул голову. Фрэнк Кастильяро упал и потерял сознание, а женщина находившаяся в фойе начала громко кричать. Тучный мужчина кинул револьвер, выбежал на улицу и запрыгнул в бордовый Бьюик, который быстро увез его с места преступления. Тучным мужчиной оказался Винсент “Чин” Джаттино, друг детства Сэла Касертано. Он был бывшим боксером-тяжеловесом. Но будучи парнем из Гринвич Виллидж он всегда стремился быть таким как Дон Чензино, Брикс Стилано, братья Эскалера и отец Сэла. Томас “Тим Мёрфи” Эскалера был промоутером и менеджером многих боксеров и дал старт карьере Джаттино, но все же Чин предпочел работать с Тимом Мёрфи в другой сфере. Вскоре Джаттино сам окажется в Синг-Синге, за дачу ложных показаний перед Большим Жюри и неуважение к суду. Именно тогда Сэл Касертано впервые за долгое время увидит знакомое лицо среди серой массы заключенных. До заключения Джаттино успели принять в семью, несмотря на то, что Кастильяро остался жив.
Как оказалось, первая пуля разнесла вазу на полке на ресепшене, а вторая лишь по касательной зацепила скальп Кастильяро. Но основная цель этого покушения была выполнена - сместить босса с должности. Фрэнк Кастильяро четко понял отправленное ему сообщение и уступил власть Винченцо Дженерозо. Его имя эта боргата носит по сей день. Джаттино делился этими историями со старым другом детства. Он был на несколько лет старше Касертано и взял его под свое крыло, а позже перевел в блок С - там сидели мафиози со всей страны. Они имели связи начальником тюрьмы и подкупали охрану. Качество жизни в этом блоке было на порядок выше. Там была своя маленькая кухня, а охранники за деньги приносили мафиози нужные продукты - от лобстеров и креветок до стейков. Там Джаттино познакомил Касертано с Бутчем Локуро, который был влиятельным членом дечины из Восточного Гарлема. В будущем Локуро станет спонсором Касертано в мафию. Касертано также познакомился с многими другими членами семей мафии Нью-Йорка и заработает хорошую репутацию. За время пока Касертано сидел в тюрьме произошли драматические события, потрясшие мафию - после смещения Кастильяро с должности, был убит его ближайший союзник и босс другой семьи - Альберт Аскенция. Альберт был известен как "Лорд Верховный Палач", а его жизнь закончилась на полу парикмахерской в отеле Парк
Отрывок из главы: Плезант Авеню
Отец Сэла умер, когда тот отсидел чуть больше половины своего срока. Это оставило отпечаток, как и все десять лет, проведенные в Синг-Синге. Но также время в тюрьме и менторство опытных мафиози многому научило молодого гангстера. Касертано сделал себе репутацию и обзавелся новыми связями. Бутч Локуро после своего освобождения стал каподечиной команды со 116 улицы в Гарлеме и дождавшись выхода своего протеже из тюрьмы подтянул его к себе. Команду Гринвич Виллидж возглавил Винсент Джаттино, он сумел добится пересмотра своего дела, так как врачи признали его невменяемым. Игру в умалишенного он будет использовать для введения правоохранительных органов в заблуждение еще долгие годы. У Сальваторе Касертано теперь были друзья в высоких местах и он мог бы рассчитывать на членство в мафии, если бы не одно но.
После фиаско в Апалачине было принято решение “закрыть книги”, то есть остановить прием новых членов. И этот запрет будет в силе вплоть до 1976 года. Сэл поселился на Плезант Авеню в Восточном Гарлеме, в доме принадлежащем его новому ментору. Бутч Локуро закрепил Касертано за Пэтси Каччиаторе. Он был крупным наркодилером и представлял интересы семьи Дженерозо в схеме поставок героина с Корсики, известной как Французский Канал. Маленький Сэл стал основным человеком Каччиаторе на улицах, доставляя товар и забирая деньги у пуэрториканских и афро американских дилеров среднего звена. Мафия держала монополию на героин, а Восточный Гарлем был не только вотчиной Коза Ностры, но также и хабом наркоторговли высокого уровня. Под руководством Пэтси, Сэл занимался этим многие годы и заработал себе приличное состояние. Он открыл свою пиццерию в Нижнем Ист Сайде, а также купил прачечную в Нью-Джерси для отмывания денег. Но в 1972 году Французский Канал прикрыли УБН в совместной операции с полицией Нью-Йорка и французскими коллегами. Какое-то время Каччиаторе и Касертано скупали героин у продажных детективов прямо из хранилища улик на Манхэттене. Но и этот источник иссяк.
Старый друг и подельник Сэла - Пит Кальванезе был знаком с Панамским наркодилером Роландо Ривасом, который получал кокаин от производителей в Боливии. Ривас был активом ЦРУ и помогал им финансировать их черные операции по всему миру, но это вскроется лишь в 80ые во время скандала Иран-Контрас. Пока другие думали, где обзавестись героином, Каччиаторе, Касертано и Кальванезе переключились совершенно на другой товар и заработали на нем неплохие деньги.
Их планы нарушил новый конфликт в семье. После смерти Винченцо Дженерозо в 1969 году в семье так и не было избрано официального босса. По предварительной договоренности Джерардо Карини должны были избрать боссом. Он долгое время был консильере у Дженерозо, но к моменту смерти Дженерозо он уже был очень старым и собирался уехать во Флориду, доживать свои последние годы там. Оставалось три кандидата - Бутч Локуро, андербосс Томас “Тим Мёрфи” Эскалера и Фунци Туминаро - капитан из Бруклина. К тому моменту у Эскалеры очень сильно испортились отношения с его протеже - Винсентом Джаттино, который сменил его в качестве капо старой дечины в Вестайде. Назревал конфликт, но присутствие Карини, хоть и номинальное, сдерживало потенциальный конфликт. Карини скончался в 1972 году и это стало триггером к последующим событиям. Бутч Локуро призывал к созданию временного комитета для управления семьей и сохранения мира. Тим Мёрфи согласился, но пытался тянуть одеяло на себя, а Чин сговорился с Фунци и они пытались играть свою игру. В какой-то момент Локуро понял, что ему нужно продемонстрировать решительность и у него вскоре появился повод для этого. Вечером 7 июня Пэтси Каччиаторе и Энтони “Большой Тони” Скала - оба солдаты в команде Бутча Локуро ехали на встречу со своим капитаном в ресторане Рао. Они заметили подозрительных мужчин, которые сидели через дорогу от Рао и высматривали вход. Это точно не были федералы, в то время им вряд ли дали бы новенький Форд Тандерберд. Каччиаторе и Скала вошли в ресторан и предупредили об этом Локуро. Бутч позвонил Сэлу и велел подвезти оружие к заднему входу в ресторан. Когда Сэл был на месте, трио вышло к нему и он передал им пистолеты. Сэлу велели подъехать к Тандерберду и заблокировать его, что он и сделал. Мужчина за рулем Тандерберда видимо разозлился и опустил стекло. Он уже хотел начать конфликт, но они с Сэлом узнали друг друга. Это был Филли Пископо - еще один парень из Гринвич Виллидж, с которым рос Сэл.
“А ты какого хера тут делаешь, Сэл?” удивленно спросил Филли.
“Да друга забираю, дельце срочное,” с улыбкой ответил Сальваторе.
“У нас тут тоже, типа, срочное дело. Может уберешь свою баржу?” настаивал Фил.
“Потерпи пару минут, Филли,” заговаривал зубы старому приятелю Сэл.
Форд Тандерберд был плотно запаркован между старым фургоном и темно-зеленой Шеви Шевель. Сэл поставил свой Кадиллак Эльдорадо параллельно Тандерберду, так что тот не мог выехать.
Через несколько секунд Большой Тони и Пэтси с двух сторон подкрались к Тандерберду и навели пистолеты на растерянного Филли и его напарника Джино.
“Конечная нахуй, выгружаемся!” завопил хриплым голосом Большой Тони.
Вскоре Филли и Джино ехали связанные в просторном багажнике собственного Тандерберда.
Их отвезли в гараж в Нью-Джерси, который принадлежал Питу Кальванезе. Вскоре Бутч выяснил у них, что Томас Эскалера поручил им убить его, а затем они планировали избавиться от Чина и Фунци. А дальше произошло то, к чему Сэл не был готов. Когда вопросы закончились, Пэтси достал свою Беретту и выстрелил в голову Филли, дважды. На глазах у Сэла застрелили его друга детства. Дальше была очередь Джино, крики которого более или менее глушила воткнутая ему в рот промасленная тряпка.
“Сэл, у тебя ствол при себе?” спросил Пэтси. Время будто бы остановилось, он не мог собраться с мыслями. Это было состояние шока. Бутч похлопал Сальваторе по спине.
“Ты в норме?” поинтересовался Бутч.
“Да. Ствол при мне,” собравшись ответил Сэл. По крайней мере, он сделал вид, что все в норме. Он понимал, что это своего рода экзамен. Тот, который нельзя провалить.
Пэтси посмотрел на Сэла и кивнул ему. Сальваторе достал свой Смит и Вессон .38 калибра и навел его на Джино. Выстрел в голову. И еще один. Касертано описывал эти секунды как самые длинные в своей жизни. Но после этого он, будто бы почувствовал облегчение. Он убедил себя в том, что поступил правильно и даже сделал нечто хорошее. То, к чему его готовили всю жизнь. И это не последний раз, когда ему придется выполнять подобную работу. Теперь целью был Эскалера.
На фото: труп Томаса Эскалеры
Отрывок из главы: Перерождение
4 января 1976 года. Пару месяцев назад у Пэтси Каччиаторе родился сын, которого назвали Луисом.
Пэтси настаивал на том, чтобы Сэл стал крестным отцом для его сына и Сэл согласился. Крещение было назначено именно на эту дату. Но это не единственное, о чем Пэтси попросил Сэла. Еще за год до этого Пэтси сказал, что он и Бутч рекомендовали Маленького Сэла на членство и скоро должны открыться книги. Сальваторе согласился, но он не знал когда именно наступит этот момент.
После крестин семья и друзья собрались праздновать в ресторане Бамонтес в Бруклине, принадлежавший Фунци Туминаро. Место было выбрано неспроста. Во первых он мог вместить куда больше людей, чем Раос, а во вторых имел просторный вип-зал. Именно туда в какой-то момент перешла часть гостей. Сэл разговаривал с кузиной Пэта, который как раз подошел к ним и прервал разговор.
В отдельном зале был приглушенный свет, за столом сидели Бутч Локуро, Фунци Туминаро и Чин Джаттино. Также присутствовали некоторые капитаны и другие члены семьи Дженерозо. Некоторых Сэл знал, а некоторых видел впервые. Все молчали, а Бутч задавал Сэлу вопросы. Он спросил знает ли Сальваторе, почему он тут. Сэл ответил, что не знает. Бутч также спросил, знает ли он некоторых присутствующих здесь и относится ли к ним как к своим братьям? Сальваторе ответил утвердительно. Бутч сказал Сэлу, что все они являются частью тайного сообщества и они предлагают ему присоединиться к ним. Ответ снова был утвердительным. Дальше Бутч произнес какие-то слова на сицилийском диалекте, проткнул палец Сальваторе кинжалом и выдавил из него кровь на икону Святой Розалии, покровительницы Сицилии. Бутч поднес икону к горящей свечи, а затем вложил в руки Сальваторе. Он произнес клятву, которую Сэл должен был повторить за ним.
Пламя согревало ладони Сальваторе, когда тот произносил клятву, связывающую его жизнь с Коза Нострой навечно. Это было перерождение.
“Хочу представить вам нашего нового друга - Сальваторе Касертано,” сообщил Бутч Локуро всем присутствующим и поцеловал новобранца в обе щеки. В тот день с Сэлом было принято в семью еще 9 человек, среди них были: Альфред Дентико, человек Туминаро и Дженнаро Заппола из Бронкса. Касертано описывает этот день как день, как самый важный день в своей жизни, день когда он стал новым человеком.
Отрывок из главы: Убийцы с .22 калибром
Бутч всё больше времени проводил во Флориде. Фунци Туминаро также был старым и помимо проблем со здоровьем у него еще и были проблемы с законом. Он стал первым боссом, которого привлекли по закону РИКО и вскоре он умер в тюрьме. После похорон Фунци, Локуро официально уступил место Винсенту Джаттино и уехал во Флориду. С Джаттино в семье поднялись люди, которые умели зарабатывать деньги в более продвинутых сферах - мусорный бизнес, строительство, профсоюзы, азартные игры. Тони Скала был повышен до андербосса, он делал миллионы на незаконной лотереи и азартных играх и в команде Восточного Гарлема образовалась вакансия. Сальваторе Касертано стал новым капо, так как Чину нужны были его связи в профсоюзах. Такие люди как Пэтси больше не несли такой ценности как раньше, более того, по мнению некоторых, они привлекали слишком много неприятностей. Сэл не забывал своего ментора и помогал ему, когда тому нужно было. Но Большой Тони и Чин советовали ему дистанцироваться от подобных людей. В 1987 году члены банды Плезант Авеню, среди которых был и Пит Кальванезе, получили огромные сроки за наркоторговлю. Под следствием также был и Пэтси Каччиаторе и многие другие члены Банды Плезант Авеню. Пэтси к тому времени начал много пить и употреблять собственный кокаин, что делало его слабым звеном в глазах руководства боргаты.
Отрывок из главы: Покойник
На фото: труп Паскуале Каччиаторе
12 сентября 1987 года Сэл увидел в вечерних новостях репортаж с 114 улицы в Восточном Гарлеме - застрелен подозреваемый в организации торговли кокаином в крупных масштабах. Покойный Паскуале Каччиаторе был под залогом и ожидал суда по своему делу. Сэл на тот момент уже не ощущал ничего. Он понял, что его друг покойник еще когда вышел с той встречи на Салливан Стрит неделей ранее. Ему предстояло заботится о семье убитого Пэтси, а для этого нужны были деньги.
Члены банды с Плезант Авеню либо сидели в тюрьме, либо были убиты, либо разбрелись по разным семьям. Леонарду Кальванезе посчастливилось остаться на свободе, у него были амбиции стать куда больше, чем просто драгдилером. Он хотел стать мафиози, а Сэл Касертано был примером для подражания - рэкетиром. И Кальванезе стал для Касертано главным помощником и его протеже. Со временем Кальванезе купил свой первый ночной клуб. Часть денег они отдавали семье Каччиаторе. После всего, что Касертано испытал в мафии, он перестал доверять другим мафиози и предпочитал окружать себя молодыми парнями, для которых он был ментором. Он хоть и был капитаном, но встречался со своими солдатами только в случае крайней необходимости - решить какой-то спор или проблему, получить важную информацию. Всё остальное время занимал бизнес - люди Сэла принимали ставки и устраивали карточные игры, он готовил Ленни к тому, чтобы тот полностью взял на себя эти операции.
Сын Пэтси - Луис Каччиаторе постоянно прогуливал школу, а если и ходил то устраивал там драки и его постоянно выгоняли. Ленни заведовал социальным клубом Сэла и начал брать Маленького Луи к себе, дабы тот помогал ему с билетами на ставки, подметал бар, приносил напитки. Луису нравилось быть среди взрослых и он получал хорошие деньги за свою работу, не говоря уже о чаевых от мафиози посещавших карточные игры.
Не смотря на свой нрав, Луис был очень смышленым, он любил много читать и у него была хорошо поставленная речь. Еще в подростковом возрасте в нем проявлялись лидерские качества, он пользовался уважением у сверстников и всегда был лидером в командных видах спорта.
Сэл и Ленни понимали, что Луис так или иначе окажется на улице, его просто тянуло туда. И они решили, что лучше выбрать для него самый безопасный путь из всех возможных. Они начали обучать юного Луиса для его будущей “карьеры” и он схватывал на лету.
Отрывок из главы: Смирение
В совет также вошли Дженнаро Заппола из Бронкса, Альфред Дентико из Бруклина и Дино Фанаро из Нью-Джерси. Теперь они руководили повседневными делами одной из крупнейших семей в США.
Как минимум двоих Сэл помнил еще со своей церемонии принятия. Но ему никогда не нравился Джерри Зэп - он всегда был громким, бесцеремонным и у него было огромное эго. Джерри был из тех людей, которые хотят тебя подловить, чтобы заставить вас чувствовать себя ниже, чем он. Всё, что было у Джерри в плане бизнеса он получил, въехав туда сидя на чьей-то шее.
Альфред, напротив, всегда был джентльменом, был тихим, серьёзным и скрытным. Его все уважали. У него был свой магазин электроники в Бруклине, а также доля в мусорной компании. Дино Фанаро был гангстером старой закалки из Ньюарка, он держал в кулаках все порты Нью-Джерси, его племянники были крупными профсоюзными чиновниками.
Сальваторе Касертано старался встречаться с ними как можно реже, не только из-за своей неприязни к Джерри, но и из-за внимания правоохранительных органов.
Одна из таких встреч была назначена в Бруклине, в магазине у Альфреда Дентико. Решался вопрос приема новых членов. Семья Дженерозо не принимала никого с 1986 года.
Сэл хотел порекомендовать на членство Леонарда Кальванезе и Луиса Каччиаторе, а Джерри - троих своих людей, среди которых был Рональд Павано. Павано был крупным наркодилером. Это казалось плохой идеей для Сэла, так как прием таких людей всегда риск, плюс Павано находился под следствием в тот момент. Заппола в свою очередь блокировал Каччиаторе, ссылаясь на то, что тот слишком молод. Но в результате обоим пришлось пойти на компромисс. Кстати, через несколько месяцев после приема Павано был осужден за торговлю наркотиками. Это далеко не единственный раз, когда Сэлу приходилось иметь дело с хотелками Джерри. А позже Джерри начал пытаться ставить больше своих людей в ячейках профсоюзов, которые Чин завещал делить между собой. Как-то раз Сальваторе застал в порту людей Джерри, которые воровали груз, который воровать не стоило. Сэл и Ленни потрепали одного из парней Запполы, что привело к серии сходок. Это продолжалось годами.
Чин всё меньше мог влиять на процессы на воле, он медленно умирал за решеткой, а Джерри Заппола пытался тянуть одеяло на себя. Когда Чин был уже при смерти, он отправил послание, в котором сделал Джерри Зэппа действующим босом, а Альфреда Дентико андербоссом. Место консильере оставалось вакантно и это стало предтечей будущих проблем для Сэла.
Один албанец из Бронкса был должен Сэлу около 600 тысяч долларов, с учетом процентов которые накопились за несколько месяцев. Сэл тогда испытывал серьезный стресс из-за множества проблем, которые у него были. Его сын собирался поступать в Колледж, у него была язва и вдобавок Джерри Заппола создавал ему проблемы там, где только мог. Когда албанец отказался выплачивать всё, что задолжал Сэлу - тот сорвался и выстрелил албанцу в колено. Это создало еще один конфликт с Зэпом, который заявил, что албанец с ним и что он должен ему куда больше.
Находить компромиссы было всё труднее, Сэл поставил условие, что если он не начнет получать выплаты к следующему понедельнику - албанец будет мертвым.
Весь следующий день Сэл провел в своем социальном клубе. На удивление, ни Луис, ни Ленни не пришли в тот день и не отвечали на звонки. Что-то было не так, но Сэл еще не мог понять в чем дело. Он закончил принимать ставки и отпустил всех домой к 6, а когда стемнело он закрыл клуб и направился к своему Кадиллаку. На другой стороне дороги резко затормозил мотоцикл и раздались выстрелы. Мотоциклист вел автоматический огонь по Сэлу из пистолета-пулемета. Он нырнул за машину и достал свою Беретту .25 калибра с кобуры на лодыжке. Как только стрельба утихла, Касертано открыл ответный огонь. Мотоциклист спешно покинул место покушения, Сэл скрылся переулками и поймал такси. Ему нужно было время, чтобы выяснить что произошло. Он затаился на квартире у своей любовницы в Форт Ли, Нью-Джерси. Первым делом он позвонил жене и сказал той, чтобы она брала детей и ехала к родственникам в Массачусетс. Никто из его людей не брал трубку. На следующий день он узнает, что его солдата Фрэнка Занфардино и партнера Майкла Фумаро убили в Бронксе, когда те были на заправке. От Ленни и Луи не было никаких вестей и он пытался до них дозвонится. Было два варианта - либо они мертвы, либо они знали что происходит. Сальваторе ходил к ближайшему таксофону возле дайнера, в квартале от квартиры где он остановился. Это был поздний декабрь 2003 года и было очень холодно. Наконец-то он дозвонился до Ленни.
“Алло? Кто это?” спросил Ленни, но не получил никакого ответа. Сэл молчал, прокручивая у себя в голове все варианты.
“Сэл, это ты?”
“Да, алло. Это я,” ответил Сэл.
“Сэл, чё случилось? Тут у нас пиздец, все тебя ищут. Ты норме?” продолжал Ленни.
“Я не в норме, в меня стреляли. Фрэнки и Микки завалили,” ответил Сэл.
“Да, это полный пиздец. Нам нужно встретится, решить что делать дальше!” сказал Ленни.
“Я могу сейчас за тобой заехать, где ты сейчас?” спросил Сэл.
“Уже поздно, отдохни Сэл, и давай завтра встретимся на Салливан Стрит, там будут и Джерри и Эл, они переживают и хотят знать что происходит,” объяснял Ленни..
“Джерри, да? Ну хорошо. Я еще перезвоню,” сказал Сальваторе и повесил трубку.
Теперь ошибки быть не могло, Сэла подставили его собственные люди. Люди, которым он давал клятву и даже те, кого он сам взял под крыло и поклялся защищать. Его распирала злость, чередующаяся с паникой. Он понимал, что его приговорили к смерти и следующий его звонок был в офис ФБР.
Когда Сэл давал показания, агент Линдблум попросил его дать определение термину “омерта”.
Многие думают, что омерта это кодекс молчания. Это не совсем так. Омерта походит от итальянского умирита, что означает смирение. Принимая омерту, или умириту, ты принимаешь свою дальнейшую судьбу. В контексте тайных сообществ чести это значит, что ты принимаешь судьбу, которая тебе уготована этим сообществом. Но Сэла ожидало другого рода смирение - теперь остаток жизни он должен был прожить в совершенно незнакомом месте, под вымышленным именем. Без прежнего престижа и уважения. Как обычный работяга Джо, от девяти до пяти.
Эпилог: Операция “Семейный Кодекс”
Сэл Касертано стал первым капо в истории семьи Дженерозо, который стал правительственным свидетелем. Его показания помогли осудить около сотни мафиози. Леонард Кальванезе и Луис Каччиаторе получили короткие сроки за организацию азартных игр и ростовщичество. Джозеф Лабрезе, обсужденный в 1998 году за наркоторогвлю, должен выйти из тюрьмы в августе 2010 года. Некоторые другие члены семьи, получившие сроки, могут выйти раньше.
Дженнаро Заппола выиграл аппеляцию и был освобожден. Сегодня он предположительно является действующим боссом семьи. Альфреду Дентико не были предъявлены обвинения. Дино Фанаро породолжает управлять доками в Нью-Джерси. Семья Дженерозо продолжает быть одной из самых сильных семей Коза Ностра в США. Некоторые упомянутые люди ныне занимают там высокое положение. Мафия до сих пор имеет значительное влияние на профсоюзы, а через них на муниципальные власти, на подрядчиков и на частных предпринимателей. Семьи Коза Ностры являют собой конгломерат преступных организаций, хотя не все члены являются преступниками. Сальваторе Касертано находится в программе защиты свидетелей со своей семьей. Его местоположение неизвестно.
Вложения
Последнее редактирование:
