wood123
из специальных вооружений и тактик
- Сообщения
- 25
- Реакции
- 138
- Баллы
- 28
Да
Отец любил проводить время не только за музыкой, но и на рабочем месте. Работал он в полиции, ещё и в спецназе был. Тогда я его считал довольно крутым мужиком, который весь такой красивый, потрясающий и в бравой полицейской форме заезжает в кафе взять кофе и пончик. Шучу, конечно. Но, я правда считал его действительно своего рода интересным человеком и профессионалом, который так и хлещил своей изящностью и красотой.
Касательно матери, ну мать как мать. Работала в какой-то компании, в логистике, но я как-то, даже, и не интересовался об этом. Не вдавался в детали. А очень, и очень зря. Хоть и я детально не знал о работе матери, но она всегда была ко мне добра и ласкова, проявляла какую-то заботу обо мне. Ну, это так, из воспоминаний детства, если его можно было назвать таким.
Разведчики. Ещё в детстве отец определил меня в бойскауты, Или как их называют "мальчики-разведчики".
Физическое, духовное и нравственное воспитание. В каком-то роде это меня закалило, и дало толчок к социуму.
Я узнал, каковы были отношения между людьми, но это было в таком юном возрасте, что я уже мало что помню, что там было. Это был эксперимент в эксперименте, ведь я не знал практически ничего, и сам пытался изучить всю внутреннею структуру изнутри. Я бы не сказал, что это было сложно, но и легко тоже не было. Здесь я набрался небольшого опыта работы в команде, дисциплины и самое важное - полюбил природу. Любовь к природе вызывало у меня какой-то "экстаз", потому-то это единственное, к чему у меня были тёплые чувства тогда. Не к друзьям, не к наставникам, а именно к природе. Эти зелёные листья, небо, облака - это был мольберт. А я рисовал на нём, словно самый прожжённый художник. Я искал в этом даже какое-то вдохновение. Поэтому, только о природе и остались воспоминания, ведь, я тогда получил колоссальные эмоции, от которых мне впервые стало как-то уютно, спокойно.
Это не была сказка, это была реальность. Но, в тот миг это была и вправду сказка, в которой ты - главный герой, а всё окружение вокруг тебя - это твой мир и маленький рай, в котором ты прибываешь и радуешься жизни.
Одним словом - неописуемо, хоть я и стараюсь как-то это передать, показать и рассказать. Из бойскаутов я вышел уже с каким-то навыками, воспоминаниями и первым чувством полной самостоятельности, где всё зависит не от твоих родителей, а исключительно от тебя и тех, с кем ты рядом.
Но, если узнать, в чём была суть - всё сразу станет на свои места, и это не будет казаться таким уж абсурдом.
Подростковая жизнь. Знаете, в этот период ты уже становишься взрослым. В эти годы я старался быть тихим, и почти не с кем не общался. После школы я сразу шёл домой, потому что настолько привык к тренировкам отца, что просто не было на это времени. Даже не было времени погулять, покушать где-то в забегаловке после окончания школьного дня. Я молчу уже про отношения и первую подростковую любовь, которую мне всё-таки удалось постичь в 16 лет. Именно тогда, когда мне было 16, отца убивают на работе. Это был ужасный день. Самый страшный и ужасный, и дом в котором я вырос - стал для меня напоминанием.
Парадоксально, но теперь я ломился от осознания того, что я был свободен. Больше нет тренировок, нет запретов, но... я был дрессирован. Дрессирован как собака, которая только и умела выполнять команды. Из-за этого мне пришлось не сладко. Первая подростковая любовь была комом, я ничего не знал об отношениях и вообще, как любить? Как заставить себя сломать то, что строили в тебе годами? Я не знал. И не хотел знать.
Да, я был славным парнем, но от этого не было никакого толка. Мне это было не интересно и не важно. С этих пор я начал отвыкать от былого роботического расписания каждого дня, что сыграло со мной злую шутку. Ведь я разыгрался на полную катушку, когда наконец-то решился покинуть Лос-Анджелес и свой дом. И внезапно - продолжить дело отца. В тот год я немного начал осознавать, зачем отец строил из меня не миленького мальчика, а воспитал во мне сурового, холодного и безразличного ко всему парня.
Мать не была в стороне, она поддержала мою идею о переезде, но было одно, но - родители матери, мы уехали присматривать за ними, потому-то они уже были пожилыми людьми. Я поехал вместе с матерью и так было два года. Я уехал в Нью-Йорк, наконец-то искать себя и продолжить дело отца, которое он не завершил.
Нью-Йорк. Город возможностей. 18 лет. Мне он понравился. Климат более холодный, более дождливо. Всё в настроении меланхолии, которая меня преследует ещё с периода тренировок.
8 миллионов человек, проживающих здесь, наверняка разделят мои идеи и идеалы об этом городе. Здесь я уже был в детстве, когда отец с матерью отвозили меня к тётушке из другой точки Америки в другую точку Америки, как бы это странно не звучало. И здесь начался мой ознакомительный путь вхождения в социум и понятия общественности. Первая работа, первые знакомые и настоящие друзья. Первые люди, с которыми я проводил время. Это был незабываемый опыт. Немного начал понимать, как работает взрослая жизнь и общество, но старые привычки все ещё остались. В моей голове никак не укладывалось, что я свободен, что я уже в свободном плавании. Но, старое берёт вверх над новым. Проблемы были с деньгами.
Деньги нужны всем, хоть это и обычный ресурс, с помощью которого люди реализовывают свои идеи, которые они хотели бы воплотить в жизнь. Я принимаю решение - пойти в полицейскую академию и продолжить дело отца, как я и планировал после его смерти. Решение далось мне не легко, и если бы я не смог - я бы не знал, что делать.
К 21 году, полиция была для меня основной целью, и даже своего рода долгом. Не только перед собой и отцом.
Полицейскую академию я проходил муторно, долго. Здесь конечно помогли
Я впервые почувствовал себя... человеком. Вместе со всеми. На одной волне. Это давало какую-то уверенность, и возводило мой фундамент заново. Каждый здесь понимал, что, если ты и хочешь выжить - то надо работать сообща. Конечно, дисциплина была не хуже армейской, хоть я и не подавался на службу в армию, но что такое "дисциплина" я знал уже с ранних лет.
Поступил, всё сдал. Стажировка, патрули. Всё как рассказывал отец. Это было и вправду интересно. Оружие,
работа в команде и все аспекты работы полицейского у тебя перед глазами. Это даже было своего рода
маленькой победой для меня. Я смог, я победил. Хоть я и не отмечал, ибо банально тогда я не знал, как это
делать. Пошёл ещё дальше - уже до конца. Спецназ. Бравый спецназ полиции Нью-Йорка ЕСУ.
ЕСС-6. Покрывал он Южный Бруклин, и расположен он на 62-й полицейской станции. Последние 9 лет эта станция
станет для меня вторым домом. В котором я буду спать, есть, пить и всё, что требуется человеку.
Именно здесь я обрёл некий покой, дом и бравых товарищей, которые не раз спасли мне жизнь за все эти годы
работы.
Хот
алкоголиком, но не брезговал после смены зайти в бар и выпить пива или ещё чего по крепче, что мне бы предложил бармен. В съёмном доме я всегда просыпался один, шёл на смену с безразличным лицом и настроением, как и с подавленным чувством. Я чувствовал себя в одиночестве. Да, иногда спасал сержант нашего отряда, с которым я был в хороших отношениях, но я был в неком поиске себя. В поиске того, чего у меня не было никогда - любви. Искал я эту любовь до 30 лет, изучив всё от и до в своей работе, начал беспокоится о своём здоровье, и понемногу бросал пить, переходя на что-то более вкусное и холодное. Больше ударился в спорт, хоть и практиковал его ещё в раннем возрасте. История моей любви нуждается в глубочайших подробностях, но я скажу одно - я искал это несколько лет. И наконец-то нашёл.
Фрида Вессон. Та, о которой если я не буду писать стихи, то напишу целый роман-эпопею, посвященную ей. Эта женщина - та, ради которой я готов на всё. Эта та, которая пробудила во мне некогда холодное и замороженное чувство - любовь. Она дала мне наконец-то всё. И я готов положить жизнь ради неё.
Сердце наконец-то начало качать кровь ещё сильнее. Вены стынут в жилах. Всё, как тогда в детстве - как в сказке.
Но в этой сказке не факт, что будет счастливый конец. Теперь, нужно искать в этом баланс. Баланс сил, некогда работающий или против или за, теперь должен работать в обе стороны. Это принятие того, чего я никогда не понимал и понимать никак не мог. То самое, за чем гоняться всю жизнь.
Тот мир, где царит то, чего люди никогда не смогут добиться - гармония.
Теперь, это битва с самим собой, работой, друзьями и бескрайней любовью.
Каждый день я сомневаюсь, но всё же нахожу выход.
Во мне наконец-то кипит кровь, и пылает чувство, которого у меня не было больше двух десятилетий.
И я бескрайне рад этому, но теперь, у меня нет выбора.
Некогда на выжженой земле теперь плуг нежности. Но в тоже время, я давал клятву себе, ей и работе. Эти клятвы подписаны кровью. Кровью, что течёт в наших венах и наших сердцах.
ЭТО - КОНТРАКТ.
И теперь, либо одна из сторон полностью капитулирует, либо победит. Но я уверен лишь в одном - пока у нас перемирие, мы будем работать вместе и всегда сообща. Ведь это - наша история, и мы будем её писать, не смотря не на что. Каждая секунда, минута, час, день, неделя, месяц, год - всё на вес золота.
Здесь нет разделения. Здесь всё одинаково. Больше нет никаких "но", хоть они есть и всегда. Перед мною открыты все дороги. Всё, что у меня есть - я клялся это защищать, во что бы то не стало.
Все дорогу ведут в одну сторону, и развилки появятся ещё очень не скоро. Здесь - пылает вода, и замерзает огонь.
Главная миссия здесь - удержаться на плаву и не опусититься на дно, потому-что выхода из этого дна - НЕТ.
Каждый день я сомневаюсь, но всё же нахожу выход.
Во мне наконец-то кипит кровь, и пылает чувство, которого у меня не было больше двух десятилетий.
И я бескрайне рад этому, но теперь, у меня нет выбора.
Некогда на выжженой земле теперь плуг нежности. Но в тоже время, я давал клятву себе, ей и работе. Эти клятвы подписаны кровью. Кровью, что течёт в наших венах и наших сердцах.
ЭТО - КОНТРАКТ.
И теперь, либо одна из сторон полностью капитулирует, либо победит. Но я уверен лишь в одном - пока у нас перемирие, мы будем работать вместе и всегда сообща. Ведь это - наша история, и мы будем её писать, не смотря не на что. Каждая секунда, минута, час, день, неделя, месяц, год - всё на вес золота.
Здесь нет разделения. Здесь всё одинаково. Больше нет никаких "но", хоть они есть и всегда. Перед мною открыты все дороги. Всё, что у меня есть - я клялся это защищать, во что бы то не стало.
Все дорогу ведут в одну сторону, и развилки появятся ещё очень не скоро. Здесь - пылает вода, и замерзает огонь.
Главная миссия здесь - удержаться на плаву и не опусититься на дно, потому-что выхода из этого дна - НЕТ.
Последнее редактирование:
