knyаz
князь
- Сообщения
- 181
- Реакции
- 1.841
- Баллы
- 93
Сентябрь 2010-го. Гарлем.
Улица наполнилась звуками — стук молотков, запах свежей краски, гул генераторов.
Над входом висела новая вывеска: Harlem Boxing Club. Чёрные буквы, красные перчатки по бокам.
Это было не просто открытие спортивного зала — это было рождение нового узла влияния.
Чезаре Джованнели стоял на пороге здания в сером костюме, с тем же спокойным взглядом, с которым когда-то выходил на ринг.
Справа — Луис Каччаторе, в дорогом пальто, с уверенной улыбкой человека, который знает, что происходит за кулисами.
На публике — социальная миссия, внутри — расчётливый бизнес.
Зал был полностью готов: ринг в центре, новые груши, тренажёры, раздевалки, офисы.
Но в голове Чезаре картина была другой. Он видел, как поздними вечерами зал превращается в арену для подпольных боёв — без камер, без официальных судей.
Видел, как ставки идут через боковые комнаты, как “нужные” бойцы выигрывают или проигрывают по указке, как деньги Луиса Каччаторе становятся чище с каждым “турниром”.
Harlem Boxing Club рождался не как просто спортзал, а как фабрика схем.
Для Чезаре это был шаг вверх. Он уже не просто исполнитель, он — смотрящий, хозяин точки.
Теперь он мог контролировать бойцов, организовывать “вечера”, решать, кто выиграет, кто проиграет.
Луис Каччаторе стоял позади, как крестный отец проекта, но именно Чезаре должен был быть лицом клуба.
Толпа аплодировала, когда он перерезал красную ленточку.
В это мгновение он чувствовал два мира: один — официальная сцена с улыбками и журналистами, другой — тёмный коридор за рингом, ведущий к кабинетам, где будут решаться настоящие дела.
Harlem Boxing Club стал началом его новой жизни.
Для города — спортивная инициатива.
Для мафии — опорный пункт.
Для Чезаре — шанс окончательно стать частью системы и подняться по её лестнице, управляя боями, ставками и деньгами.
Улица наполнилась звуками — стук молотков, запах свежей краски, гул генераторов.
Над входом висела новая вывеска: Harlem Boxing Club. Чёрные буквы, красные перчатки по бокам.
Это было не просто открытие спортивного зала — это было рождение нового узла влияния.
Чезаре Джованнели стоял на пороге здания в сером костюме, с тем же спокойным взглядом, с которым когда-то выходил на ринг.
Справа — Луис Каччаторе, в дорогом пальто, с уверенной улыбкой человека, который знает, что происходит за кулисами.
На публике — социальная миссия, внутри — расчётливый бизнес.
Зал был полностью готов: ринг в центре, новые груши, тренажёры, раздевалки, офисы.
Но в голове Чезаре картина была другой. Он видел, как поздними вечерами зал превращается в арену для подпольных боёв — без камер, без официальных судей.
Видел, как ставки идут через боковые комнаты, как “нужные” бойцы выигрывают или проигрывают по указке, как деньги Луиса Каччаторе становятся чище с каждым “турниром”.
Harlem Boxing Club рождался не как просто спортзал, а как фабрика схем.
Для Чезаре это был шаг вверх. Он уже не просто исполнитель, он — смотрящий, хозяин точки.
Теперь он мог контролировать бойцов, организовывать “вечера”, решать, кто выиграет, кто проиграет.
Луис Каччаторе стоял позади, как крестный отец проекта, но именно Чезаре должен был быть лицом клуба.
Толпа аплодировала, когда он перерезал красную ленточку.
В это мгновение он чувствовал два мира: один — официальная сцена с улыбками и журналистами, другой — тёмный коридор за рингом, ведущий к кабинетам, где будут решаться настоящие дела.
Harlem Boxing Club стал началом его новой жизни.
Для города — спортивная инициатива.
Для мафии — опорный пункт.
Для Чезаре — шанс окончательно стать частью системы и подняться по её лестнице, управляя боями, ставками и деньгами.
