Война в Чечне это не просто борьба сепаратизма с федеральными силами, но и игра, в которой замешаны крупные игроки, целые страны и террористические группировки. На любую войну нужны средства, а их надо искать, либо зарабатывать. На начальном этапе деньги добывались внутри самой Чечни и России - бюджет республики, нефтяные месторождения. К началу Второй войны (1999-2000) боевики практически лишились доступа к внутренним, государственным источникам денег. После Первой войны была создана пророссийская администрация, которая хоть и была слабой, но контролировала официальные финансовые потоки из Москвы. Бюджет ЧРИ как централизованной казны больше не существовал. Кремль жёстко взял под контроль нефтяную инфраструктуру. Если в 1990-е можно было воровать нефть целыми составами, то к 1999 году российские силовики установили жёсткий блокпостный контроль над нефтепроводами и нефтеперерабатывающими заводами. «Нефтяной кран» был перекрыт. Встал вопрос - откуда брать деньги? И тут на помощь в чеченю приходят братские мусульманские страны или террористические группировки, а самыми большими финансистами были арабские шейхи, трансфер героина из Афганистана в Европу и выплаты за террористические атаки.
Основной доход Финансирование чеченских боевиков со стороны Саудовской Аравии никогда не было прямой и официальной помощью от королевства российским сепаратистам. Это была сложная, многоуровневая система, действовавшая через частные и благотворительные каналы, которые власти королевства предпочитали не замечать или даже поощряли в рамках своей внешней политики. Деньги текли из Саудовской Аравии через три основных канала.
1. Частные пожертвования от богатых саудовских бизнесменов и религиозных деятелей, вдохновленных идеологией ваххабизма. Они видели в чеченском сопротивлении не борьбу за национальную независимость, а «джихад» против неверных, и поэтому собирали миллионы долларов под видом благотворительной помощи. Эти средства через подпольные хавала-системы или подконтрольные благотворительные фонды переправлялись в зону конфликта.
2. Прямые денежные вливания от саудовских спецслужб или членов королевской семьи, действовавших в обход официальной позиции. Эта поддержка была частью более широкой геополитической игры, направленной на ослабление России. Деньги шли на закупку оружия, экипировки и пропагандистских материалов, которые укрепляли радикальное исламистское крыло сопротивления, вытесняя светских националистов.
3. Люди - Саудовская Аравия была одним из главных источников иностранных наемников, так называемых «арабов-афганцев», которые ехали в Чечню сражаться под знаменами джихада. Самым известным из них был Хаттаб, чей лагерь готовил диверсантов и идеологических бойцов. Его группа была ключевым звеном в получении и распределении средств из-за рубежа.
Хезболла́ (араб. حزب الله — «Партия Аллаха») — ливанская шиитская исламистская политическая партия и военизированная организация. Основана в 1982 году при поддержке Корпуса стражей исламской революции (КСИР) Ирана в ходе Ливанской гражданской войны. Основная цель партии - уничтожение и полное противопоставление Израилю, из двочиных - противодействие западному (в первую очередь американскому) влиянию на Ближнем Востоке, установление в Ливане исламского правления по образцу Ирана. Является одной из ведущих политических сил Ливана, представлена в парламенте и правительстве. Руководитель — Хасан Насралла. Обладает значительным собственным арсеналом (ракеты, беспилотники) и считается более боеспособным, чем регулярная армия Ливана. Активно участвовала в конфликтах с Израилем. Содержит разветвлённую сеть благотворительных организаций, больниц и школ, что обеспечивает ей широкую поддержку среди шиитского населения Ливана.
И вот здесь возникает связь с Ливаном и «Хезболлой». Она, будучи иранским прокси, не спонсировала суннитских чеченских боевиков. Схема была другой. И саудовские спонсоры, и чеченские полевые командиры использовали одни и те же международные криминальные сети для логистики. Эти сети, часто базировавшиеся в портах Стамбула, Трабзона или Бейрута, имели связи и в Европе, и на Ближнем Востоке. Они были отработаны десятилетиями контрабанды.
Таким образом, саудовские деньги, превращенные в оружие в Восточной Европе, часто шли теми же путями, что и контрабанда «Хезболлы» — через подкупленных чиновников, двойное дно контейнеров, подставные фирмы. В этой серой зоне интересы саудовских спонсоров, желавших ослабить Россию, и криминальных сетей, желавших заработать, сходились в одной точке — Чечне. После окончания активной фазы войны эти же каналы, оставшись без дела, были перенаправлены на другие цели, включая снабжение оружием глобального черного рынка, что в вашей истории и позволяет ливанской диаспоре в Нью-Йорке, унаследовавшей эти связи, стать ключевым поставщиком для таких фигур, как Саид.
- Как ввозится оружие?
Первый и самый надежный канал, «Легальный бизнес — тёмная трансформация», работал через подставные импортные фирмы в Восточной Европе, чаще всего в Сербии, Боснии или Болгарии. Эти фирмы официально закупали партии легальных товаров: автозапчасти, промышленные станки, металлические изделия или спортивный инвентарь. Внутри морских контейнеров, среди этих грузов, организовывались потайные отсеки, куда помещались не готовые стволы, а их основные компоненты: так называемые 80% ресиверы для AR-15, несобранные детали для автоматов Калашникова, ствольные коробки и стволы, которые по международным и американским законам ещё не считались оружием и проходили таможню под менее строгим контролем. Ключевым звеном здесь был коррумпированный сотрудник таможенной службы в порту Нью-Йорка или Нью-Джерси, получавший солидные вознаграждения за то, чтобы «их» контейнеры либо не досматривались вовсе, либо проверялись чисто формально. После успешного прохождения таможены груз поступал на один из изолированных складов в Бруклине или в промышленной зоне Нью-Джерси, где технически подкованные члены сети, используя компактные фрезерные станки с ЧПУ, за считанные минуты доводили ресиверы до готовности и собирали из запчастей полноценное, так называемое «призрачное» оружие, не имеющее серийных номеров и не поддающееся отслеживанию.
Второй канал, «Криминальный альянс», работал на объем и тяжёлое вооружение и был основан на стратегическом партнёрстве с мексиканскими картелями. Европейские ячейки сети закупали крупные партии старого, но надежного оружия, часто из запасов стран Варшавского договора — автоматы Калашникова, гранаты, патроны. Этот груз морем или воздухом доставлялся в Центральную Америку, в такие точки, как Гондурас или Сальвадор. Там происходил обмен: представители картелей забирали столь необходимое им оружие для своей войны с правительством и другими группировками, а в уплату отгружали ливанцам партию наркотиков — кокаина или героина — эквивалентной стоимости. Далее ливанцы использовали уже отлаженные десятилетиями коридоры картелей для переброски этого оружия через американо-мексиканскую границу. Груз перемещался в скрытых отсеках в фурах с легальными товарами, через тоннели или с помощью курьеров-«мулов». Этот путь был опаснее из-за высокого внимания правоохранителей к границе, но он давал доступ к тем типам вооружения, которые было невозможно или нерентабельно собирать из запчастей в США.
Третий канал, «Диаспора и кражи», был постоянным, мелким, но стабильным ручьём, обеспечивавшим сеть быстрыми деньгами и пополнявшим ассортимент лёгким стрелковым оружием. Члены диаспоры, имевшие легальный статус и чистые документы — студенты, владельцы мелкого бизнеса, домохозяйки — по указанию координаторов отправлялись в штаты с либеральными оружейными законами, такие как Пенсильвания, Вирджиния или Огайо. Там они легально, через оружейные магазины, скупали пистолеты Glock, винтовки AR-15 и патроны, используя схему «стряпных покупок». Другой метод заключался в организации краж с оружейных складов или нападений на грузовики, перевозившие оружие в розничные сети. Поставленное таким образом оружие быстро и с большой наценкой продавалось на улицах, а часть выручки реинвестировалась в новые покупки и кражи, создавая самоокупаемую преступную петлю. Эта схема позволяла сети оставаться гибкой и оперативно реагировать на спрос, не завися целиком от крупных и рискованных международных поставок.
При переезде в Нью-Йорк у чеченских головорезов, на пару с Русской Горой встал вопрос - а откуда брать оружие? Так просто в США его не достанешь, надо искать у кого покупать и тут у Саида всплыли старые связи, ещё со времён войны за независимость Чечни. Его связь с ливанцами не была случайностью, всё началось с их наставника - Марата Делимханова. Во время первой кампании, когда в Чечню хлынул поток иностранных моджахедов, Марат, будучи грамотным тактиком и харизматичным лидером, тесно взаимодействовал с арабскими добровольцами. Среди них был ливанец по имени Мухаммад аль-Джафари, который был не простым боевиком, а логистом, человеком, налаживавшим каналы поставок оружия и денег с Ближнего Востока. Вместе они провели несколько успешных операций, а однажды Марат с Саидом спасли Мухаммада, вытащив его из подбитого БТРа под шквальным огнём. Эта история породила не просто деловое партнёрство, а личный долг, который на Кавказе ценится выше любых контрактов.
По приезду в Нью-Йорк Саид сразу же припомнил данного человека, который был одним из ключевых лиц в обороте оружия. Далее - оставалось только надеется на лучший исход, что его не ликвидировали или он не сел за решётку. Немного обзвонив своих бывших сослуживцев он буквально за один вечер по удачному стечению обстоятельств нашёл данного человека. Он передал ему контакты человека, что находится в Нью-Йорке и занимается частью оружия в США. Была назначена встреча.
