Воровской мир — это обширное понятие, существующее параллельно обычному, со своими законами, языком и иерархией. Его основа — «понятия», неписаный кодекс, заменяющий государственные законы. Здесь выше всего ценится «правильность»: своё слово, уважение к старшим, солидарность среди «своих» и абсолютное табу на сотрудничество с властью в любой форме — это клеймо, которое смывается только кровью. Бывают исключения, если власть поддерживает законы воровского движения. Корни русского воровского мира уходят в глубокое прошлое, но своим настоящим рождением он обязан советской тюремной системе, особенно сталинскому ГУЛАГу. Это был гигантский плавильный котёл, куда со всей страны сбросили миллионы людей — от мелких воришек и налетчиков до политических зэков. В этой адской машине и выковались те самые «понятия», ставшие законом. Уголовникам, чтобы выжить и не смешаться с «контрой» — образованными врачами, инженерами, крестьянами, — нужно было создать жёсткую иерархию и свои правила. Так появились различные касты, от обиженных, стукачей и заднеприводных до мужиков, блатных и более высших мастей. Все это изначально шло даже не от русских, всему положили одесситы с еврейскими корнями, которые изначально промышляли налетами.
***
Начало 2000-х для воровского мира — это конец романтики и жесткая реальность. Золотой век законников-идеалистов, которые гнули свою линию против государства, окончательно умер. Их сменили обычные бандиты-бизнесмены, для которых понятия стали просто инструментом для контроля над территорией и людьми. Власть, которая в лихие 90-е сама была слаба и договаривалась с бандитами, резко усилилась. Силовики перестали бояться авторитетов. Начались зачистки, аресты и самое главное — давление. Милиция и ФСБ стали массово клеить уголовные дела, вербовать одних, чтобы сажать других. Старая воровская солидарность трещала по швам. Общак из кассы взаимопомощи превратился в фонд для взяток и откатов, чтобы просто выжить в новых условиях. Войны между группировками не прекратились, но стали тише. Вместо пушечных налетов — тихие рейдерские захваты бизнеса, коррупционные схемы и договорняки с чиновниками. Криминал уходил в тень, встраивался во власть и легальный бизнес, надевая костюмы и пряча наколки под рубашками. Те, кто не смог перестроиться и продолжал греметь стволами на улице, быстро оказывались в тюрьме или в земле. Воровской мир уже не правил бал, а учился выживать под жесткой пятой нового государства.
***
Как только криминальный мир стал ложиться под власть, многие бандиты старой закалки начали свою миграцию в соседние государства, в страны Европы и другие континенты. Часть бандитов рвалась в Соединенные Штаты Америки, считая это лучшим местом для старта новой жизни. Переезды из родных мест в другие страны и ранее пользовалось популярностью, кто-то бежал сразу с распадом СССР, оставляя всё на бывшей Родине, но после конца 90-х это движение из страны только усилилось. Властям это шло на руку, авторитеты, покидая страну, делали услугу для гос. органов. На новых территориях бандюганы строили свои группировки с нуля, стартуя с мелких краж и грабежей, продолжая брать тенденцию с девяностых и вкидывать коммерсантов под крышу, в том числе и нелегальных. Со временем бригады бывших граждан Советского Союза в Америке и Европе набирали крупные обороты, с ними начинали ровняться крупные мафиозные кланы, когда ранее русские нелегалы сравнивались с нищими бандами негров. С русскоязычными организациями пытались бороться, но главной проблемой для власти была культурная пропасть. Братки были непредсказуемы, крайне жестоки и действовали по схеме «решаем проблему здесь и сейчас», а не по долгосрочной стратегии. Их мотивация была не во власти и уважении, как у итальянцев, а в быстрых и больших деньгах любой ценой. Понятия отошли в сторону, они старались их придерживаться, но в основном всё шло на самотек, но воровские законы всё равно были в силе, конкретного беспредела не допускалось. К 2010 году образ русского бандита как уличного громилы окончательно устарел. На смену ему пришел криминальный технократ — умный, образованный и крайне опасный именно своей способностью наносить ущерб в миллионы долларов, не выходя из дома и не нарушая видимого спокойствия на улицах. Чтобы выжить, русские стали налаживать деловые связи с другими этническими преступными группами — итальянцами, албанцами, выходцами из Восточной Европы. Они выступали как технические специалисты-подрядчики: предоставляли услуги по отмыванию денег или организации мошеннических схем, получая за это свой процент.
***
Одной из крупных организованных преступных группировок Бруклина являлась банда Гоги Алавидзе по прозвищу «Рамс», влиятельного грузинского вора в законе, который ранее промышлял делами на территории Российской Федерации. После проблем и массовых рейдов на кодлу Гоги в 2002-м году остатки бандитов приняли решение бежать в Америку, на толком неизведанную местность, абсолютно дикую для блатных граждан Восточной Европы. Там же и пошло строение мощной группировки, Гога прибыл на Брайтон-Бич и сразу стал зарабатывать деньги и авторитет в новых краях различными методами, конечно же, при поддержке некоторых уважаемых людей в Нью-Йорке. Это были мошеннические схемы и грабежи, Алавидзе и его ребята быстро набирали уважение среди других группировок, и с такой же скоростью умножался общий капитал нелегалов. Криминальные лица под руководством Гоги вершили свои темы исключительно под четким взором вора и придерживаясь всех основных воровских понятий, что и послужило отдавать почтение русским. К 2007-му году клан Рамса насчитывал свыше сорока человек, их специализации перешли на торговлю оружием, вымогательство и рэкет, мелкие члены крупного мафиозного сообщества занимались налетами, крупные «игроки» занимались мошенничеством и крышиванием больших предприятий. Гога открыл несколько микрозаймов под высокие проценты, деньги шли рекой. Всё накрылось медным тазом весной 2010-го года, в тот момент казалось, что всё прекрасно, ФБР вело борьбу против русскоязычного криминального сообщества, но получалось это туго, некоторые сотрудники куплены, доказательств мало, и в противостоянии власти и нелегалов победу явно держали вторые. При очередном перевозе нелегального оружия двумя авторитетными братьями в бригаде Алавидзе произошел инцидент, который изменил всё в один момент. Дубовы попались на патруль полиции, в ходе которого завязалась погоня, что продолжалась на протяжении двадцати минут, после ее конца произошла крупная перестрелка. Бандюганы завели полицейских прямо на Брайтон-Бич, в тупиковый заезд, где и приняли полицмейстеров с крупным оружием. Один из братьев был убит на месте, второй смог отбиться от сотрудников при помощи автомата и ликвидировал в сумме 6–7 госслужащих. После этого начался хаос, Гога, дабы избежать всех проблем с законом, принялся бежать на Кубу, забрав с собой высших членов клана, а некогда мощную группировку оставил на обыкновенных уголовников. Кодла быстро стала терять авторитет и поглощать убытки в финансовом положении, часть посадили, кто-то начал пить или гаситься наркотиками, лишь малая часть бандитов осталось при старых понятиях.
