Domino
Ветеран Рыбной войны | Тренер геттомонов
- Сообщения
- 211
- Реакции
- 613
- Баллы
- 93
- Уже много лет прошло с того момента. Мне больно об этом даже вспоминать, но я всё же решился сделать первую запись в этом грёбаном дневнике, чтобы после моей смерти хоть что-то осталось в память о моём брате Говарде. Я уже никогда не смогу себя простить за его потерю, как не простил бы и любой другой на моём месте. Все мои близкие отвернулись от меня, однако благодаря им я не попал за решётку. Наверное, хотели, чтобы я прикончил себя, а не тусовался с сокамерниками, и я хотел того же самого... но не смог решиться на этот шаг. Меня зовут Данте Ванлойд, и это моя история...
20 с хреном лет я живу на заброшенной фабрике на юге Бруклина, в Нью-Йорке. Несмотря на все неудобства, место здесь очень удачное, спрятано от посторонних глаз, да и налогом не облагается из-за какой-то дурацкой ошибки в документах. На той же улице, где и моя конура, обитает какая-то тусовка озабоченных BMW, но я с ними особо дела не имел, неприятелей у меня и так всегда хватало. В 1986 году мы с друзьями собрали здесь свою подростковую тусовку, которой дали название "Brooklyn Bridge Little Stars". Каждый видел в этих словах какой-то свой смысл, мне же было, честно говоря, насрать на них, ведь наш бунтарский настрой - это не просто символы и звуки. Это наша жизнь, и рядом с близкими людьми всё в ней было понятно без слов.
Мы с братом никогда не ладили, хотя оба пытались. Соперничали везде - в семье, на улице, и это была не просто показуха. Мы реально хотели друг другу навалять тумаков, однако мне приходилось его жалеть, он же младший всё-таки. Однажды, наша рознь достигла точки кипения... и тогда я совершил ужасную вещь, переломившую обе наши жизни.
Как-то раз я случайно встретил его на надземной станции. Мы оба часто ездили отсюда в небольшой пустырь в проджектах, сейчас там вроде какой-то парк скейтбордистов. Это был пасмурный октябрьский вечер, как сейчас помню. Слово за слово, и мы опять разругались, готовы были избить друг друга до полусмерти, ведь народу в тот момент рядом не оказалось. В какой-то момент кулак Говарда уже полетел в мою сторону, но я смог смягчить удар по лицу своей рукой. Я был в ярости от этого, и с её же силой я ногой отправил брата в другой край станции. Говард влетел в ограждение, которое явно было не предназначено для таких манёвров, и... вместе с моим братом оно полетело вниз, на проезжую часть.
Лужа крови, окутывавшая его силуэт и медленно направлявшаяся к проезжей части, манила меня словно тряпка быка: гнев и жажда мести затмевали во мне все остальные чувства в тот момент. Лишь когда я зашел в последний, абсолютно пустой вагон и занял место, горящие глаза стали заливаться слезами. В молодости я хоть и был человеком с довольно холодным характером, но невольно оказавшись убийцей собственного младшего брата, я вместе с этим убил себя прошлого. Да и новый я был мне до жути противен...
... - Первые дни я прятался. Всё время. Каждый миг на одном месте казался мне часом, поэтому я искал новые места, и искал, и искал, и искал... Мотаться по Большому Яблоку приходилось нереально много, так что я изучил весь город как свои пять пальцев. В каком-то ларьке я раздобыл карту города, где стал отмечать наиболее опасные для себя места: где могут тусоваться фараоны, недружествественные группировки или знакомые моих друзей, которые выдали бы обо мне информацию. А в первой неделе ноября я услышал по радио новость о том, что нашёлся очевидец того самого случая. И в этот момент я вполную осознал, что мне п*здец...
ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Последнее редактирование:
